Глава 13

Самая яркая звезда

Наоми спрятала нескромную пачку чаевых в бюстгальтер, выходя из приватной комнаты после очередного ВИП-заказа, и направилась в кабинет к своему начальнику, который уже ждал её с отчётом о проделанной работе. Она неуверенно постучала и, расслышав краткое разрешение войти, открыла дверь.

— Почему так долго?! В последнее время ты теряешь хватку, Наоми. Эти мешки с бабками должны кончать только от одного твоего вида. — Недовольно проговорил Оушен.

— Он был в стельку пьян, поэтому пришлось постараться, чтобы он вообще кончил. — Оправдывалась девушка.

— Именно поэтому они платят мне заранее. — Мужчина достал из небольшой деревянной коробки новую сигару и ловко обрезал её гильотиной. — Давай к делу. Ты сумела подсыпать Бейкеру младшему наркотик?

— Да... но... — Наоми стала бегать глазами, избегая хищного взгляда Оушена.

— Что ещё за «но»?! Хватит мямлить! — он начал злиться, нервно поджигая сигару.

— В последний момент он случайно разлил свою рюмку с джином, куда я подсыпала порошок.

— Чёрт! — злобно прокричал Оушен и отшвырнул на стол газовую зажигалку. — Ты думаешь, мне так легко достать эту розовую дрянь?! Чтобы потом какая-то шлюха раскидывалась ей?!

Девушка притихла, опустив глаза в пол, пока мужчина поднялся и подошёл к ней, сжимая в зубах сигару.

— Детка, ты, видимо, не до конца осознала важность вопроса... Я хочу, чтобы Бейкер вопил от боли, а значит, логично, что нужно ударить его по самому больному... и не просто ударить... хочу сделать это его же рукой... хочу, чтобы его любимого братца сгубила его же наркота. — Оушен схватил свободной рукой лицо девушки и сильно сжал её щёки. — Ходж что-то замышляет против меня, я в этом уверен, потому что он такой же мстительный и заносчивый гордец, как и его отец... а значит, у нас больше нет времени на твои тупые промашки, дорогуша.

Мужчина убрал руку, небрежно отталкивая голову Наоми.

— План изменился. Я дам тебе ещё таблетки, только мы не будет ждать, пока он присосётся к ним и словит передоз, если повезёт. Подсунешь ему сразу тяжёлую дозу, и паренёк, наконец, встретится со своей мамочкой в раю. Жаль, что папочки там не будет... ублюдок жарится где-то в аду, не иначе. — Оушен мерзко рассмеялся и протянул Наоми свою ладонь. — Давай сюда все свои чаевые за сегодня, не заслужила.

Девушка нехотя достала спрятанные в белье деньги и положила в руку мужчине. Он забрал их и вернулся к своему столу.

— У тебя неделя. Пока не выполнишь задание, работаешь бесплатно. — Оушен назидательно поднял указательный палец в сторону Наоми. — Но если снова облажаешься, я перейду к более доходчивым методам общения.

***

Сегодня Сириус сиял ярче одноимённой звезды, освещая собой весь Манхэттен. Все сливки светского общества были здесь: владельцы корпораций и их счастливые наследники, золотые магнаты и их жёны, любовницы и любовники любовниц.

Куполообразная стеклянная крыша помещения, отражая в себе всё происходящее, чуть ли не взрывалась от зажигательного джаза, ритмичной аранжировки диджея и восставшего гула довольных гостей, которых с каждой секундой становилось всё больше.

В центре зала находилась большая сцена, вокруг которой сосредоточилась основная часть людей. Остальные же заняли свои столики, выпивали и пытались беседовать на фоне главного источника шума — театрализованного танцевального представления. Дюжина артисток бурлеска в ярких откровенных нарядах, сплошь покрытых страусиными перьями и разноцветными стразами, танцевали чарльстон, синхронно размахивая пластичными конечностями в ажурных чулках и перчатках.

В ту самую секунду, будто со смотровой площадки, за всем происходящим наблюдал его гениальный творец, беседуя со своим другом.

— Что за кошки-мышки с этими клятыми IP-адресами? Почему один из них ты, вдруг, решил оставить в тени? — поинтересовался Леон.

— Это наша страховка, — кратко ответил Ходж.

— Неужели тебе всё-таки знакомы подобные вещи? — Леон иронично рассмеялся. — И в чём же она проявляется?

— В том, чтобы иметь рычаг давления.

— На кого именно?

— На того, кто станет угрозой для нас. — Ходж не переставал выдавать чёткие, но загадочные ответы.

— Исходя из того, что мне рассказала Кассандра о проделанной ей работе, этот твой рычаг больше смахивает на рыболовный крючок. Очень надеюсь, что наша рыбка не сорвётся с него. — Леон сосредоточил взгляд на толпе. — Твоя работа? Чувствуется рука мастера.

Ходж проследил за взглядом друга, направленным в сторону главного входа, у которого возникли две новые фигуры...

— Господи! Я умерла и попала в рай! — произнесла Лиз, пытаясь перекричать громкую музыку.

— А я здесь главный архангел, прекрасные леди.

Словно из пустоты, перед нами появился тот смазливый блондин... Как же его?

— Доминик Уоррен. — Произнёс мужчина, натягивая широкую улыбку. — С вами мы уже знакомы, агент... но вот с вашей обворожительной компаньонкой, к моему великому сожалению, ещё нет.

— Лиз Тейлор, — инициативно представилась в ответ Лиз, начав кокетливо играть с мужчиной в гляделки.

Блондин исполнил просящий руку жест, на который Лиз молниеносно ответила, позволяя ему поцеловать свою кисть.

— Сегодня я здесь не в качестве агента, мистер Уоррен, — поправила его я.

В ответ на моё замечание он лишь усмехнулся и, наконец, провёл нас вглубь. Мне было так странно находиться здесь вновь. Правда, теперь мои мотивы были вовсе не рабочими, но почему-то я была по-прежнему насторожена, что мешало мне расслабиться и окунуться с головой в атмосферу шикарного вечера.

Мы стали подниматься по полукруглой лестнице с красной ковровой дорожкой, и тогда мои глаза окончательно разбежались. Окружающая нас суетливая красота вынуждала терять бдительность и слепо следовать за нашим проводником. Лиз же вовсе не была растерянна и даже успела по пути прихватить с подноса одного из официантов бокал шампанского.

Когда мы оказались в самой роскошной ВИП-зоне клуба, открывающей вид на всё его содержимое, моему вниманию суждено было переключиться с бурлеск-шоу и падающего неизвестно откуда золотого конфетти на... него.

Ходж смотрел на меня, пока я уверенно преодолевала расстояние между нами. Его глаза фиксировали каждую деталь моего образа, восхищённо блистая.

— Уверен, таких важных гостей Сириус ещё не видел. — Проговорил мужчина, стоящий рядом с Ходжем, и ступил к нам навстречу. — Леон Макграт, верный друг и серьёзный коллега мистера Бейкера.

Он аккуратно пожал руку мне и Лиз, вежливо улыбнувшись.

— Не такой уж и серьёзный, — вмешался в наше знакомство Ходж, подходя сзади.

Мужчина ограничился лёгкой улыбкой в мой адрес, решив не смущать меня при посторонних, а затем перевёл внимание на Лиз.

— Рад, что вы приняли моё приглашение, мисс Тейлор... и мои скромные подарки, которые очень вам идут.

— Пожалуй, скромными их можно назвать в последнюю очередь. — С доброй ухмылкой проговорила моя прямолинейная подруга. — Вы настоящий джентльмен, мистер Бейкер... Благодарю вас за столь галантный жест.

Ходж пригласил нас обеих присесть, а Леон и Доминик под предлогом важного дела покинули нас. Зато тут же появился официант с полным подносом напитков. Присев в одно из мягких кресел, мне, вдруг, захотелось пошутить.

— Снова даёте повод арестовать вас, мистер Бейкер? — я грациозно взяла красивый бокал с мартини, закинув ногу на ногу. — Разгар сухого закона, а вы позволяете себе продавать спиртное столь открыто.

— Так накажите меня, мисс Хилл... по всей строгости закона. — Мужчина решил продолжить мою ролевую игру, беря у официанта наполненный янтарной жидкостью снифтер.

Мы с Ходжем обменивались любовными взглядами, пока Лиз молча сидела сбоку между нами.

— Так, ребята. Я, конечно, искренне рада за вас, но ваш ментальный секс сейчас буквально снесёт меня с этого диванчика. — Проговорила Лиз и вернула нас с небес на землю.

Я тут же покраснела, но, к счастью, на моей смуглой коже это не так сильно бросалось в глаза. Ходж же просто рассмеялся в ответ на душевную простоту Лиз.

— Простите нас за столь неуважительный поступок... но, признаться, мне довольно сложно держать себя в руках рядом с вашей подругой.

— Я вас прекрасно понимаю, порой я тоже хочу её... — Лиз, казалось, закончила фразу и сделала глоток из своего бокала, — треснуть чем-нибудь тяжёлым.

Раскованность и прямолинейность этих двоих могли бы сделать из них отличную команду по синхронному плаванию. Ходжа определённо веселила манера общения доктора Тейлор, когда меня вгоняла в краску, отчего в такие моменты я и сама бы не прочь треснуть себя.

— Вы такая забавная и лёгкая в общении. Уверен эти черты отлично помогают вам на работе. Кэтрин, рассказала, что вы молодой доктор-интерн в госпитале в Верхнем Ист-Сайде. Слышал много хорошего об этом месте.

— Да, моя работа — моё призвание. Мне, как далеко не многим, повезло с этим. — Лиз охотно подхватила разговор о больнице. — Уверяю, слухи правдивы. Это лучший госпиталь как всего Манхэттена, так и всего Нью-Йорка.

— Какую врачебную специальность планируете выбрать? — Ходж продолжал интересоваться учебной карьерой Лиз, и это было похоже вовсе не на вежливость, а на искренний интерес.

— Кардиология. Сердечные дела — моя стихия... во врачебном контексте. — Ответила Лиз быстро и чётко. — В нашем госпитале регулярно проводятся операции по трансплантации сердца. Сейчас этот вопрос стоит очень остро. Донорское сердце — предмет роскоши и по стоимости, и по времени его ожидания. Огромная очередь тяжелобольных и каждый нуждается в нём, но, к сожалению, не у каждого есть на это ресурсы...

Ходж внимательно слушал Лиз и совсем не отвлекался на меня. Я же, наоборот, ненавидела говорить про больницы, больных и их болезни... и у меня были на то очень веские причины. Лиз их уважала, поэтому мы с ней очень редко обсуждали её работу. Именно поэтому она не упускала возможности делать это с кем-то другим.

Я сфокусировала своё внимание на странной железной статуэтке, стоящей на столике сбоку от меня. Это был человечек, своим костюмом напоминающий скомороха или, может, шута... правда, его лицо было наполовину прикрыто маской с длинным носом. На фоне этого наблюдения продолжался активный диалог моего молодого человека и моей лучшей подруги.

— ... и поэтому пациенты вынуждены пропускать свою очередь. Сейчас, например, первая в ней пятилетняя девочка с тяжёлым пороком, но она уже три раза пропустила свой шанс на дальнейшую жизнь, потому что её родители не успели собрать нужную сумму. — Рассказывала Лиз с заметным сожалением. — Бедная Габриэль... Жизнь — несправедливая штука, мистер Бейкер.

Ходж моментально напрягся и странно задумался, но всего на несколько секунд.

— О какой сумме речь? — поинтересовался Ходж, откладывая в сторону бокал.

— Триста пятьдесят тысяч долларов — суммарная стоимость донорского сердца и оперативного вмешательства.

— Я могу оплатить девочке операцию, а после открыть частный внутрибольничный фонд... Он будет финансироваться мной как его учредителем, а также корпоративными пожертвованиями, которым я могу способствовать за счёт инвестирования.

На этот моменте я вернула внимание к их разговору и вопросительно уставилась на Ходжа.

— В-вы... ч-что можете? — Лиз непонимающе хлопала глазами.

— Назовём фонд в честь места, где было принято решение создать его. — Ходж улыбнулся нам обеим.

— Вы говорите серьёзно?! Вы готовы помогать больнице? — Лиз словно впала в кому после озвученного им предложения.

— Стараюсь не шутить подобными вещами. Детали обсудим завтра, если вы не против. — Ходж поднялся с кресла. — А сегодня вы пришли сюда, чтобы веселиться, не так ли?

— Боже! Вы... — Лиз, как ошпаренная вскочила следом за ним и неловко обняла его за плечи. — Простите! Простите!

Лиз отошла и поправила своё платье и горжетку. Её детская радость рассмешила нас.

— Оставлю вас вместе и пойду вниз веселиться, тем более есть такой повод! — Доктор Тейлор буквально сияла от радости.

— Доминик вас проводит, — заключил Ходж, указывая на появившегося сзади блондина.

Когда мы остались наедине, Ходж подошёл и теперь уже без каких-либо сдерживаний осмотрел меня.

— Он закатывает эти вечеринки в надежде, что однажды она придёт...Цитата из последней экранизации романа Ф.С. Фицджеральда «Великий Гэтсби» — начал он, беря меня за руки, — и она пришла.

— Спасибо тебе за всё. Ты такой... — Я встала ближе и потянулась к его щеке, оставляя на ней лёгкий поцелуй. — Добрый и щедрый.

— Я хочу показать тебе одно место.

— Конечно, — с улыбкой ответила я и стёрла лёгкий след своей помады с его щеки.

Ходж отвёл меня в, пожалуй, самое особенное место этого особенного вечера. Это был широкий открытый балкон с панорамным видом на город. Стеклянные двери захлопнулись, оставляя позади нас кричащую атмосферу джаза.

Облокотившись руками на ограждение, я полной грудью вдохнула свежий воздух, царящий на вершине этого небоскрёба.

— Тебе так идёт этот образ. — Ходж подошёл сзади и обнял меня, тоже делая вдох... только он дышал мной.

— Значит, нравятся блондинки? — шутливо спросила я.

— Мне нравишься ты... Любая. — Его слова тут же заставили моё сердце биться чаще.

— У Дэйзи и Гэтсби печальная судьба. В этом мы совсем не похожи на них, — проговорила я, укладывая свои руки поверх его.

— И не должны быть похожи. Ты — не замужняя аристократка, а я — не мечтательный нувориш. Повторить судьбу Гэтсби, значит без оглядки прыгнуть в пропасть безнадёжных идеалистических взглядов. — Ходж медленно развернул меня к себе лицом и вновь начал любоваться. — Я начинаю ненавидеть твою помаду.

— Не нравится, как я накрашена? — я знала, что дело вовсе не в этом, но хотела, чтобы он сам озвучил причину.

— Не нравится, что я не могу поцеловать тебя, не испортив всю эту красоту. — Ходж с нескрываемым желанием провёл обеими ладонями по моим плечам.

— Дождись конца вечера, и твоим призом станет возможность поцеловать меня не только в губы. — Я удивилась про себя, насколько легко и открыто флиртовала с ним.

Мы ещё немного поворковали на воздухе, а после решили отдаться празднику. Шоу на сцене только набирало обороты. Танцы сменялись джазовыми певцами, песни — выступлениями гениальных иллюзионистов и комическими представлениями. Когда под сумасшедшие аплодисменты отгремел канкан, Ходж ненадолго отошёл от меня вместе с Леоном по какому-то рабочему вопросу. Я же сказала, что подожду его в баре вместе с Лиз, которую уже битый час развлекал Доминик. Они были будто на одной волне, поэтому я не вмешивалась, а лишь с заинтересованной улыбкой наблюдала за ними. Это зрелище было довольно забавным.

— Юджин, дорогой, плесни мне ещё моего любимого бренди, будь добр! — оглушительно прозвучало прямо у меня за спиной.

Я обернулась и увидела женщину в чёрном коротком парике с золотой лентой, обвязанной вокруг головы. Её худое стройное тело подчёркивало длинное платье их нефритового атласа с сетчатой вышивкой на груди и спине. Белоснежные длинные руки были до самых плеч закрыты перчатками латунного цвета.

Мой пронзительный взгляд притянул к себе внимание незнакомки... которая оказалась вовсе не незнакомкой, а мисс Осборн. Она была заметно пьяна, но на достигнутом останавливаться не собиралась.

— Как прозаично, мисс Хилл! Легкомысленная глупышка Дэйзи на вечеринке у любовника. — Проговорила женщина и приняла напиток от бармена. — Я вот предпочитаю примерять на себя образы более умных и привлекательных особ, например, таких, как леди Мэри Кроули из Аббатства Даунтон.

Кассандра провела рукой вдоль своего тела, а после покружилась вполоборота, но тут же слегка пошатнулась и схватилась за барную стойку.

— Прекрасное платье, мисс Осборн. — Сдержанно ответила я.

Она невольно оглядела меня и задержала свой взгляд на шее, а затем стрельнула глазами на моё богато украшенное запястье, лежащее на стойке. Женщина, словно тут же отрезвев, изменилась в лице. Его черты стали острыми и беспощадно холодными.

— Вам ничуть не совестно принимать такие подарки от мало знакомого мужчины? — Кассандра подошла ближе и стала разглядывать мою шею с пущим интересом. — Он вам бриллианты, а вы ему что? Секс? До боли знакомая всему миру история...

— Леон, я не обязан следить за твоей истеричной подопечной. — Раздражённо проговорил Ходж. — За ней должен был приглядывать Доминик.

Мужчины поднялись назад в свою ВИП-зону и сразу же устремили взгляды вниз в сторону бара.

— Кажется, Доминик пал любовной жертвой перед подружкой твоей ненаглядной и совсем забыл про задание.

Только Леон завершил свою мысль, как мужчины были вынуждены резко переключить своё внимание с Доминика, флиртующего с Лиз у бара, на меня и внезапно подошедшую Кассандру.

— А я говорил... — почти прошипел Леон. — Она хорошенько надралась и вряд ли сумеет держать язык за зубами.

Они в тревожном оцепенении наблюдали за нами, как, вдруг, Кассандра вцепилась мёртвой хваткой в мою руку и стала быстро и гневно что-то говорить, давая понять своим партнёрам, что ситуация окончательно вышла из-под их контроля...