Дикий волчонок
Вставай, Антон!
...
Чё разлегся?
...
Поднимайся!
...
Встань, тряпка!
...
Вставай!
Антон изо всех сил пытался поднять себя с пола. Удар Павла, пришедший точно по желудку, не оставит синяка на его теле, но оставит неизлечимый след на его душе навсегда.
Живот уже не так сильно болел, но потерянность в этом жестоком мире заставляла его лежать и выть на холодном дорогом полу, который он уже успел возненавидеть, как и все, что находится внутри этого здания.
Изредка отрывая голову от паркета, зеленые глазки следили за стрелкой часов, которая постепенно подходила к ночи. Вспоминая слова Тёмы и его напутствие "кушать и сохранять силы", Антон понял, что надо идти в общий зал, чтобы хоть что-то в себя впихнуть.
Желудок не подавал ни единого намека на голод, лишь головой Шастун понимал, что за сегодняшний день его тело ело только раз, а это не дело.
С воем отрываясь от пола, он сначала встал на колени, а затем осторожно поднялся на ноги, ковыляя к выходу. Рука легла на ручку, нажала на нее, но дверь не поддалась. Следом последовала еще одна попытка, вторая, и третья...
Антону казалось, что он прикладывает мало сил, и пытался бороться с запертым Павлом замком. Решив наказать паренька, хозяин запер его в комнате, чтобы тот подумал над своим поведением, но вот только Шастун звука проворачивающегося замка не слышал. Ему явно в тот момент было не до этого, а потому сейчас он стоит и бьется об дверь, как рыба об лед.
Горячие слезы несправедливости скатывались по его лицу, обжигая щеки, которые еще не успели отойти от предыдущей истерики.
— Выпусти! — кричал Антон, то стуча кулаком по дереву, то дергая ручку вниз, надеясь на чудо. — Выпусти! Выпусти! Выпусти меняяя!
Голос дал слабину и начал похрипывать от таких криков, которые, казалось, слышал весь отель, но никто так и не решился подойти к его номеру и хоть как-то повлиять на данную ситуацию. А что они сделают? Помочь ему они явно бессильны, даже если захотят.
Когда пик истерики перевалил наивысшую точку, Антон лег спиной на запертую дверь и медленно сполз вниз, поджимая колени к груди. Лишь в таком положении он хоть как-то мог себя успокоить, вжимаясь мокрыми глазами в ткань штанов, которая терпеливо все впитывала в себя.
***
— Макар, добрый вечер! Рад видеть тебя в нашем скромном заведении, — ехидно улыбаясь позднему гостю, Павел пригласил друга за стол.
— Паша, ну привет, дружище! — громко поприветствовал рыжеволосый мужчина, дружески приобнимая владельца отеля.