Глава 29. Суматоха
Орли задержала руку на взмахе, обернулась. Увидела стоящего совсем рядом высокого сухопарого сакса в темно-синем плаще. Что сакс — поняла еще раньше: разве такой грубый язык с каким-нибудь другим спутаешь? А вот слов разобрать не сумела. Но, судя по тому, как он их произносил, слова эти были очень нехорошие.
Переспрашивать не осмелилась: остереглась. Очень уж похож был сакс на Санни. Те же большие светло-серые глаза. Тот же длинноватый нос — только у Санни он особо в глаза не бросался, а вот сакса делал похожим на журавля, птицу, как известно всякому гаэлу, жадную и злобную. А ну как это сам Кудда и есть? Про нелюбовь отца Санни к ирландцам Орли была наслышана еще в Кер-Сиди.
Пока она размышляла, как поступить, с саксом заговорил Робин. Заговорил по-камбрийски, да еще и бросил на Орли быстрый, но выразительный взгляд. Та сразу поняла: сейчас надо слушать внимательно!
— Почтенный господин шериф! — медленно, растягивая слова, принялся объяснять Робин саксу. — Что же в том дурного, что моя ученица вертит веревкой, как пращой? Да, с пращой она и правда управляться немножко умеет — но как же без этого? — он вздохнул, развел руками. — Мы же с ней вдвоем странствуем по всему острову — а сколько в лесах лихих людей шастает! И сейчас-то у нее в руке никакая не праща — простая веревка...
Орли напряглась. «Господин шериф»! Точно, Кудда!
Кудда хмуро посмотрел на Орли, потом ухмыльнулся. И вдруг поманил рукой кого-то из толпы:
— Хэй, Ти́ла!
И тут же, расталкивая зрителей, к нему устремился высоченный лохматый детина в черной саксонской тунике. Пробившись к Кудде сквозь толпу, детина почтительно поклонился:
— Йи́сэ, мин ре́ва!
Кудда едва заметно кивнул в ответ. Потом показал детине на Орли:
— Йиф хэ́о зин ли́сэрэ!
И неожиданно, по-прежнему ухмыляясь, обратился к Орли по-камбрийски с лающим саксонским выговором:
— Эй, ирландка! Ну-ка покажи, на что ты способна!
От неожиданности Орли побледнела, замерла. Выходит, напрасны были все их придумки с немотой? А Кудда довольно осклабился:
— Что вытаращилась, десси? Думала, не узна́ю? Не надейся: я столько ирландцев на своем веку повидал!