Глава 9 - Граница терпения
Холодное утро окончательно вступило в свои права. Комнату затопил бледный, безжизненный свет, но давящая тишина никуда не исчезла.
Граф с трудом переменил положение. Медленно, нащупывая опору руками, он приподнялся на подушках и снова замер, обессиленный. Время словно остановилось. Адриан неподвижно сидел на стуле у постели, погружённый в свои мысли. А в дальнем углу комнаты, стараясь быть невидимой, всё так же ждала Анна.
Первым тишину нарушил Эдвард.
- Ты постарел, - произнёс он ровно, по-прежнему глядя перед собой.
Адриан вздрогнул и удивлённо поднял взгляд. На мгновение его лицо осунулось ещё сильнее, но он тут же укрылся за привычной усмешкой - той самой, за которой так удобно прятать любую боль.
- Ты даже не смотришь на меня, Эдвард.
- Мне незачем видеть тебя, чтобы это понять, - спокойно ответил граф.
Адриан помолчал, словно взвешивая каждое слово.
- Ты ведь и не можешь... - тихо произнёс он наконец. - Я прав?
Граф не ответил.
Тишина между ними стала гуще. Оба словно не знали, с чего начать - слишком многое накопилось, слишком тяжело было это нести. Анна в своём углу едва дышала, стараясь сделаться ещё тише, чем обычно.
Адриан всё смотрел на бледное, осунувшееся лицо друга. Он явно хотел спросить о многом, но что-то удерживало его.
- Ты изменился, - тихо сказал он наконец.
- Это очевидно, - с лёгким раздражением ответил граф.
- Я не об этом.
Граф вновь промолчал.
- Как давно ты не видишь? - спросил Адриан. - Себастьян писал мне, что ты уже несколько месяцев не отвечаешь даже на его письма.
- Достаточно давно, - медленно произнёс граф, - чтобы разучиться считать дни.
Адриан крепко сжал сцепленные руки.
- Себастьян тоже не знает?
- Нет. И надеюсь, не узнает.
- И что же, - голос Адриана напрягся, - до каких пор ты намерен был скрывать это от нас? Или ты решил попросту вычеркнуть нас из своей жизни?
Граф помолчал.
- Не знаю, - тихо сказал он, глядя всё так же куда-то в сторону.
Лицо Адриана исказилось, в его глазах смешались горькая обида и гнев.
- Эдвард! - Он резко поднялся со стула - так резко, что граф едва заметно вздрогнул, чуть повернув голову на скрип половицы. - Я приехал сюда, потому что беспокоюсь о тебе. Неужели наша двадцатилетняя дружба в один миг перестала что-то значить?
Анна невольно напряглась и сделала шаг вперёд, но тут же одёрнула себя. Она видела, как графа бьёт мелкая дрожь - та самая, которую она уже научилась распознавать. Знак опасного внутреннего напряжения. Разговор уходил не туда, но вмешаться она не смела.