Зверь и маска

ДАРИУС

Я сидел за столом, склонившись над документами, которые давно перестали иметь смысл.
Цифры, отчёты, подписи — всё сливалось в одно. Бумага — единственная валюта, понятная людям. Они верят, что власть измеряется контрактами, а не клыками.
Пусть так. Я научился играть по их правилам.

Волк во мне ворчал, не желая сидеть спокойно. Ему не нравился запах бумаги, чернил, дыма. Он хотел выть, рвать, двигаться.
Но мир людей не позволял быть зверем.

Дверь распахнулась без стука. Только один мог войти вот так — Сайлас.
Он никогда не тратил время на формальности, и если уж приходил лично, значит, было что-то важное.

Я откинулся на спинку кресла.
— Ты забыл, что такое стучать? — бросил я, не поднимая взгляда.

— Если бы дело было пустяковым — я бы не пришёл, — ответил он ровно, подходя ближе.
Его голос, как всегда, звучал спокойно, без эмоций. Как будто всё вокруг не касалось его вовсе.

Сайлас когда-то был частью стаи, но остался в мире людей.
Я оставил его там как наблюдателя — глаза и уши среди тех, кто привык прятать клыки за улыбками.
Он идеально подходил для этой роли: безжалостный, расчётливый, без единой искры чувств.
Иногда я даже забывал, что в его жилах течёт кровь оборотня.

— Что случилось? — наконец спросил я, отложив документы.

— Приглашение от Лоренса Хартвелла, — ответил он.

Лоренс — человек с деньгами, но без души.
Старый лис, который играет на двух мирах — людском и теневом.
Мне нужны были его связи, а ему — моя сила.

— Ещё один бал для богатых пустышек?
— Один из тех, на которых решаются контракты. Он хочет обсудить сделку лично.
— С чего бы? У нас уже есть договорённость.

Сайлас чуть наклонил голову.
— Он хочет видеть тебя сам. Говорит, что хочет "убедиться, с кем имеет дело".

Я усмехнулся.
— Люди любят смотреть на монстров. Им кажется, если встретят взгляд — перестанут бояться.

— Или убедятся, что правильно боятся, — спокойно заметил он.

Молчание повисло между нами.
Я видел, как ровен его взгляд. Сайлас никогда не говорил зря — если уж пришёл, значит, причина есть.

— Думаешь, стоит идти? — спросил я наконец.

— Думаю, тебе стоит показаться. Хартвелл работает с государственными структурами. Если контракт сорвётся, мы потеряем половину заказов.
— Пусть другие идут.
— Они хотят видеть именно тебя. Бал через два дня. Я уже отправил подтверждение.

Я поднял на него взгляд.
— Ты решил за меня?

— Нет, — спокойно ответил он. — Я просто знаю, что ты всё равно согласишься. Я усмехнулся .