ГЛАВА 29
Ехали до следующего пункта назначения в молчании. Рейвен сказала сесть Эйвери на заднее сиденье к Оливии, чтобы, как она сказала, пообщаться с братишкой (Рейвен словно издевалась над ней, хотя скорее всего так и было).Алекс заняла пассажирское место спереди, и они отправились в путь.
Рейвен смотрела за дорогой, не обращая ни на кого внимания; Алекс просматривала улицы, которые они проезжали; Айзек нервно поглядывал на девушек, то и дело опуская глаза, если встречался с кем-нибудь взглядом; Оливия закрылась в себе, по её лицу нельзя было прочитать, о чем она думает; а Эйвери сверлила взглядом брата и вспоминала былые времена. В эти дни она слишком уж часто поддается воспоминаниям, хотя раньше запрещала себе думать о семье, о бывших друзьях, о родном городе.
Они проехали ещё минут десять, прежде чем Рейвен припарковалась и той же троицей они направились к Маркусу, закрыв машину, чтобы Айзек не сбежал. Алекс осталась следить за ним.
Маркус жил один и за три года почти не изменился: та же светлая шевелюра, дерзкий взгляд и насмешка в уголках губ. Правда, её не обнаружилось в тот момент, когда Рейвен глубоко изрезала его тело, а он умолял прекратить. Какие все-таки люди становятся послушными и сговорчивыми, когда дело касается их жизни. Эйвери никогда не видела таким Маркуса. Как выяснилось, он являлся особенным у Александра. Он не подвергал его шантажу, как и его друзей. Лишь сказал, что если они что-то выдадут про него, то им не жить. Но верил, что они так не поступят, так как он как никак прилично платил им за выполненные задания, украденные вещи, или как Оливия любила выражаться, ценные антиквариаты и экземпляры. Александр — коллекционер, она видела в его доме целый стенд с украшениями, хрупкими вазами, красивыми картинами.
Маркус жил один. Эйвери, Оливия и Рейвен вдоль и поперёк обыскали его дом, пока он, связанный, сидел и наблюдал за ними, то и дело сглатывая и шипя от боли. Рубашка пропиталась кровью, все его тело кровоточило, на теле были глубокие ножевые порезы. Потом они превратятся в шрамы и останутся с Маркусом на всю жизнь, как напоминание за самый болезненный период в его жизни.
Квартира была небольшая, состоящая из ванной, кухни и спальни. Все трое распределились по комнатам. Оливия в спальне, Эйвери в ванной, а Рейвен на кухне. Спустя десять минут из спальни послышался голос Картер:
— Идите сюда!