36 глава
Клыкастое царство.
— Аврора, ты нарвала с сада нарциссов? — тихо спросила юная королева Мадлен, стоя у высокого стрельчатого окна. Её пальцы скользили по резному узору рамы, а взгляд был устремлён к дальним холмам, где уже сгущались сумерки.
— Хватит беспокоиться, Дорогуша, — мягко произнёс Евгенио, обнимая жену за плечи. Он прижался губами к её шее, и на мгновение в воздухе повисло едва уловимое мерцание — след древней магии, что текла в жилах королевского рода. — К тебе же всего лишь сестра приезжает.
Мадлен вздохнула, вглядываясь в багряные полосы заката:
— Мы так давно не виделись с ней… Словно целый век прошёл.
— Это Магдалена или Мэделина? — уточнил король, приподняв бровь.
— Мадалена, — улыбнулась Мадлен. — Моя любимая сестра.
— А остальные не любимые? — шутливо поддразнил Евгенио.
— Конечно, любимые, — рассмеялась королева. — Просто мы с Маленой проводили друг с другом больше времени. А Магда с Тихоней… Они всегда были словно две тени — неразлучны и загадочны.
В этот момент в зал вошла Аврора, неся корзину, полную бледно‑жёлтых нарциссов. Их тонкий, чуть терпкий аромат наполнил помещение, смешиваясь с запахом воска от сотен свечей, мерцающих в старинных канделябрах.
Мадлен приказала кухаркам приготовить песочное печенье из тыквенного пюре — любимое лакомство сестры. По всему дворцу забегали слуги: на кухне зазвучали весёлые голоса, застучали ножи, заскрипели дверцы духовых шкафов.
Длинный стол в трапезной был накрыт их любимыми блюдами из детства:
ягодный компот, переливающийся рубиновым светом, словно жидкое вино;
пирог с лесными грибами, от которого шёл густой, землистый аромат;
белое мясо курицы, отделённое от костей и украшенное веточками розмарина;
кофейный бисквит, покрытый тонкой корочкой карамели.
Король Евгенио, его мать — королева Верона, десять дочерей Мадлен и сама Мадлен вышли на парадное крыльцо, чтобы встретить дорогую гостью. Воздух был пропитан ожиданием — даже ветер на мгновение стих, будто прислушиваясь.
Карета подъехала аккурат вовремя. Она была выкрашена в тёмно‑фиолетовый цвет с серебряными узорами, напоминающими созвездия. Из неё вышел слуга в ливрее, чтобы помочь девушке слезть.
Увидев сестру, Мадлен широко улыбнулась. Сердце её забилось чаще — она почувствовала тот самый родственный зов, что не ослабел за годы разлуки.
Мадалена была одета в коричневую накидку с капюшоном, отороченным мехом. Её волосы, цвета молочного шоколада были распущены и струились по плечам, словно живая река. В глазах мерцал странный, почти лунный свет.