Глава 30

5 июля

Спальник, в который Сеня зарывался ночью, сейчас лип к ногам, как мокрая тряпка. Воздух стоял спертый, нагретый, сглотнуть не получалось. Он вывалился наружу, и солнечный свет резанул по глазам так, что заломило в висках. Снаружи уже пекло: пластиковый тент палатки над головой нагрелся и отдавал сухим жаром, будто стенки сауны, до которых нельзя дотронуться.

Юля еще спала, по-хозяйски загребая одеяло к себе, закутавшись в него и в его кофту, которую он в итоге так и не забрал.

Он дополз до общего шатра, где пока сидели только Вера и Тим. Вера выглядела бодрее всех: половину вечера она просто наблюдала за ними, потягивая из одного-единственного стаканчика. Тим же сидел, сгорбившись на стуле, и обеими руками обнимал бутылку минералки. Уже теплую, совсем бесполезную для его воскрешения.

— Ты всегда так рано встаешь? — болезненно спросил Сеня, потянувшись к пачке «Доширака» на столе.

— Ага, — почти прошептал Тим, не поднимая головы. — С алкашки сплю пару часов всего. А ты че так рано раздуплился?

— Я в целом мало сплю, — выдохнул Сеня, вскрывая упаковку.

Пока «Доширак» настаивался, на пороге шатра показалось опухшее лицо Гриши. Он сощурился, обвел мутным взглядом стол в поисках спасения, метнулся к Тиму и попытался отобрать у него минералку. Тим вяло отбивался, но бутылку отдал. Гриша даже не знал, что в термопакете его ждет сюрприз: пара банок пива, припрятанных им же вчера в пьяном угаре.

Сделав несколько жадных глотков, Гриша блаженно выдохнул, провел ладонью по лицу, будто натягивая кожу обратно на череп.

— Я дальше спать, — объявил он и исчез так же внезапно, как и появился.

Сеня молча ел, наблюдая за Тимом. Тот даже не смотрел в сторону еды. Он только пил воду мелкими глотками и изредка тяжело вздыхал, вытягивая ноги под столом.

Когда Сеня почувствовал, что сможет курить, он молча кивнул Тиму, показав пачку. Тим, что удивительно, кивнул в ответ. Они вышли и рухнули на пластиковые стулья. Те жалобно скрипнули под ними, ножки чуть просели в утоптанную, твердую землю. Пластик сиденья обжег голые ноги, и Сеня дернулся, устраиваясь поудобнее.

Сеня достал зажигалку, Тим — свои сигареты. В тишине закурили.

— Смотрю, ночь у тебя прошла... интересно, — проговорил Тим, выпуская дым в сторону.

Сеня машинально коснулся шеи: синяков он еще не видел, но они побаливали. Он не сдержал улыбки: память подкидывала обрывки, но секс точно был. И поцелуи, от которых и так разбитая губа распухла сильнее.