Глава 2

Послышался негромкий звон колокольчика, привлёкший внимание людей.

Разговоры стихли, и все обратили внимание на мужчину средних лет в безукоризненном костюме, который вышел в центр зала. Это был распорядитель – или, проще говоря, тамада.

– Дамы и господа! – ровным, поставленным голосом произнёс он, – Объявляется танец молодожёнов. Мистер и миссис Уильямс приглашают всех разделить с ними этот долгожданный момент в Бальном зале. Прошу следовать за мной.

– Ну наконец-то! – проворчала миссис Рейли, неловко поднимаясь из-за стола.

– Тебе так не терпится броситься в пляс, дорогая? – с насмешливой вежливостью обратилась к ней миссис Меллоуэн.

– Танцы – это хоть какое-то развлечение, Кларисса. Ты не представляешь, как я устала от всех этих светских бесед за вечер!

Джейн молчаливо следовала за ними. Она продолжала с интересом оглядываться вокруг. Путь из Банкетного зала в Бальный в такой усадьбе – это настоящее маленькое путешествие сквозь время.

Гости сначала попадали в картинную галерею – длинный, мрачноватый коридор, стены которого были сплошь увешаны портретами в тяжёлых золочёных рамах. Суровые тюдоровские вельможи и дамы в белых воротниках смотрели на проходящих свысока.

В конце галереи находилась широкая арочная дверь, а за ней – Бальный зал.

– Боже, какая красота! – миссис Рейли говорила одну и ту же фразу, не переставая, – Джейн, Кларисса, вы видите это?

Стрельчатые окна затянуты бордовым бархатом, паркетный пол сияет зеркальным блеском, а с потолка свисает массивная хрустальная люстра, заливающая всё вокруг тёплым, ярким светом. Когда-то здесь стояла оранжерея, но её снесли, построив на этом месте огромное, парадное помещение в духе моды девятнадцатого века: с расписными колоннами, арками и высоким потолком, на котором были изображены сцены из античных мифов.

– Потрясающе! Теперь это моя любимая комната. Я хочу здесь жить!

– Ты хочешь жить в музее? – улыбнулась миссис Меллоуэн, нарочито удивлённо поднимая брови, – Тут красиво, но очень холодно. Джейн, милая, ты не замёрзла?

– Я бы тоже хотела здесь жить, – пробормотала та, разглядывая потолок с ренессансной росписью.

Нимфы, богини и амуры в облаках... Холодный свет электрической люстры не оживлял фрески, а, напротив, подчёркивал их ветхость, бросая резкие тени и делая фигуры похожими на призраков.

– Бабушка, ты же не против, если я не буду сегодня танцевать? – спросила девушка с некой обречённостью во взгляде, уставившись на Клариссу.

– Конечно же, нет... Хотя тут так много молодых людей.