Глава 10
Джейн представила, как могла выглядеть та, что написала эти строки – с глазами, полными ужаса, отчаяния и бессилия, со сжатыми губами и красными щеками; рвано дышит, сдерживая рыдания, рвущиеся наружу; тыльной стороной руки проводит по лицу, стирая следы слёз; а затем в последний раз смотрит на свою записку и, вздрагивая от какого-то постороннего шума, оставляет её на столе...
Что же случилось потом?
Скорее всего, лорд Арчибальд, испугавшись за свою честь, решил спрятать улику, пусть и в столь ненадёжном месте. Или, может, он положил её сюда гораздо позже, а до этого постоянно носил с собой: полиция обыскивала поместье и уж точно не оставила бы такой находки без внимания.
Но были ли любовница и эта записка единственным, что он скрывал?
– Ты слишком долго молчишь.
Девушка подняла на Маттео рассеянный взгляд.
Её мысли витали далеко, цепляясь за обрывки воспоминаний. Теперь всё складывалось в единую картину: Элейн и Арчибальд, ссорящиеся друг с другом, крики, женский плач и постоянные эмоциональные срывы…
И причина тому – человек, которого она любила.
Джейн медленно отложила лист в сторону, не проронив ни слова.
– Ты, кажется, и правда удивлена, – горько усмехнулся юноша, наблюдая за ней. На его лице читалось сомнение, а через мгновение он произнёс с искренней виной: – Прошу прощения за свои шутки. Я… правда считал, что ты можешь быть любовницей дяди, но не был уверен. Мне казалось подозрительным, что он нанял именно тебя, поэтому… Mi perdoni¹, Signorina.
Девушка не ожидала такой прямоты. Честно говоря, ей было всё равно, что думает этот наглец: с самого начала он вызывал у неё лишь недоверие. Но теперь главным негодяем стал мистер Блэкберн – и он навсегда им останется.
– Похоже, тебе нечасто приходится извиняться, – Джейн улыбнулась, заметив его смущение, – Давай просто забудем. Сейчас не это важно. Что будем делать с запиской?
Она ловко сменила тему, за что Маттео был ей безмерно благодарен.
– Здесь мы её точно не оставим, – задумчиво проговорил он и тяжело вздохнул, – Придётся идти в полицию.
– Думаешь, они помогут?
– Не знаю. Но другого выбора у нас нет.
Повисло напряжённое молчание. Злополучная записка лежала на столе – но никто не решался снова прикоснуться к ней.
– Ладно, пока судьба благоволит нам, я поищу здесь что-нибудь ещё, – голос Маттео на английском звучал спокойно и учтиво, однако под конец фразы он невольно перешёл на итальянский, пытаясь скрыть от ушей девушки грубое ругательство: – …Prima che quello stronzo ritorni².