Глава 7

Спустя всего день дворецкий позвонил на стационарный телефон миссис Меллоуэн, предупредив, что будет у неё ровно через час. Женщина медленно положила трубку и несколько минут стояла в тишине, собираясь с духом, прежде чем сообщить Джейн, что за ней скоро приедут.

Время пришло.

Она и не думала, что им придётся расстаться так скоро...

Кларисса постоянно винила себя. Ведь именно она предложила леди Элейн взять её внучку няней для Оливера, – тогда всё казалось разумным: девушке нужны были деньги на учёбу, Блэкберны платили щедро, да и миссис Меллоуэн была знакома со всеми в поместье.

Но в последнее время над их семьёй будто тяготел злой рок – чья-то тёмная, костлявая рука схватила Джейн и не желала отпускать, стремясь удержать её в этом проклятом Ларкнесте.

...Прощались они долго. Дуглас почтительно ждал в машине.

– Ты всё взяла? Ничего не забыла?

Девушка отрицательно помотала головой и грустно улыбнулась.

– Я буду ждать тебя, – тихо сказала Кларисса, в глазах которой отражалась Джейн – юная, хрупкая и такая беззащитная перед тем, что ждало её, – Запирай все двери. Не ходи по дому поздно ночью одна. Всегда держи ухо в остро.

– Даже дяде Дугласу?

– Что ж, ему можно. Однако, милая, запомни хорошенько: не доверяй никому. Ложь всегда сложнее правды, поэтому смотри внимательно и не пропускай ни одной детали.

– Бабушка, ты меня пугаешь.

Кларисса лишь тяжело вздохнула и снова прижала её к себе.

– Послушай меня хоть раз в жизни и сделай, как я говорю.

Она пыталась шутить, но в сердце уже поселилась тревога. Стоя у ворот, женщина с тоской смотрела вслед удаляющемуся автомобилю, вспоминая последнюю улыбку Джейн – такую же нежную и искреннюю, как и её обещание скоро вернуться.

* * *

Мистер Блэкберн предпочёл скрыть от сына правду. Возможно, потому что и сам не мог с ней смириться. Но у этой лжи оказались последствия. Если Оливер и перестал постоянно задавать один и тот же вопрос – «Где мама?», – то лишь потому, что у него появилось множество других.

И отвечать на каждый из них пришлось Джейн, ведь именно она проводила с ним всё время.

К концу первой недели после исчезновения матери мальчик стал заметно спокойнее и лишь надеялся на скорую встречу. Девушке приходилось не только отвлекать его от грустных дум, но и следить, чтобы он случайно не узнал правду.

Это оказалось нелегко.