27. Противоречие

Е Цзы стоял у ворот главного особняка, разглядывая через узорчатую решётку величественное здание в ретро-стиле. На душе было скверно.

Вскоре к нему вышел слуга и, как и в старые добрые времена, почтительно обратился к нему «молодой господин». Они миновали тенистые деревья, прошли по мостику над прудом, мимо декоративных горок и скульптур, и наконец вошли в холл. Поднялись по винтовой лестнице...

Прошло десять лет, интерьер сильно изменился, но Е Цзы узнавал каждый уголок. Здесь он когда-то рисовал на панорамных окнах; там, на огромном ковре, строил замки; на этом мягком диване он сидел, слушая похвалу отца. Он помнил, как падал с этой лестницы, как прятался за шторами, наблюдая за нескончаемыми ссорами родителей, и как стоял за спинкой дивана, когда отец впервые привёл домой Е Чэн Си.

После того как они с матерью ушли отсюда, он однажды тайком пробрался назад. Он стоял в холле и кричал: «Папа! Папа!», пока взрослые не вытащили его силой и не вышвырнули за ворота. Он упал в грязь, лёжа там, словно брошенный котёнок.

Он бесконечно часто задавался вопросом: почему отец не выбрал его? Ведь он так старался, был таким послушным и способным... Почему он не был его родным сыном?

За этими мыслями он и не заметил, как оказался перед дверью кабинета. Е Цзы постучал.

- Войди.

Е Цзы открыл дверь. Свет внутри комнаты ослепил его на мгновение. Когда глаза привыкли, он увидел мужчину в инвалидном кресле. Тот улыбался. Улыбка была такой доброй и нежной, что у Е Цзы защипало в носу. Как же давно он не видел такого выражения лица у него!

Е Чэн уже мог говорить, хотя голос его был хриплым и тихим. Ноги, из-за долгого пребывания в коме, ещё не восстановились и безжизненно свисали с кресла.

- Подойди, дай мне на тебя посмотреть, - Е Чэн поманил его рукой.

Е Цзы подошёл. Отец взял его руку своей сухой, шершавой ладонью.

- Какой же ты высокий стал.

- Метр семьдесят пять.

- Совсем большой. Помню тебя крохой, едва мне до груди доставал. Время летит, ты уже настоящий мужчина.

- ...Да.

- Помнишь, как ты любил читать в этом кабинете? Иногда я терял тебя, злился на дворецкого, а потом находил тебя под столом - ты сворачивался калачиком с книгой и засыпал.

- Помню...

- И как ты впервые написал своё имя, это тоже было здесь. Я задремал, а ты начал громко кричать «Папа! Папа!». Когда я увидел те корявые иероглифы, я подумал, что мне это снится.

- А потом вы показывали их всем своим друзьям.

- Ха-ха, не удержался, хвастался. Тебе ведь тогда и трёх лет не было.

Е Цзы слушал отца с смешанными чувствами.