Глава 12: Стеклянные стены ( Part ll)
Серебряный блеск на экране прошил сознание Чимина острой, как бритва, вспышкой узнавания.
Этот браслет не был куплен в обычном магазине. Тяжелое плетение из обожженной кожи и массивное серебряное звено, покрытое едва заметными царапинами. Чимин слишком хорошо помнил эту вещь. Он видел её каждый чертов день на протяжении последнего месяца.
Это был браслет Ким Сокджина.
Их учителя литературы. Того самого, который вел уроки с самым скучающим видом, лениво перелистывая страницы длинными, изящными пальцами. Того самого, который казался Чимину единственным безопасным взрослым в этой безумной школе.
Чимин почувствовал, как земля уходит из-под ног. В голове завертелся дикий вихрь из воспоминаний: Сокджин, вызывающий его к доске; Сокджин, задерживающий его после уроков «просто поговорить об успеваемости»; Сокджин, который всегда так вовремя оказывался в коридоре, когда Чимину становилось плохо. Это был не скучающий вид. Это был вид хищника, который сыто наблюдал за своей жертвой, зная, что она никуда не денется.
— Чимин? — Намджун резко повернулся к нему, заметив, как побледнело лицо Пака. — Ты знаешь, чей он? Кто это?
— Это... Сокджин, — едва слышно выдохнул Чимин, цепляясь за край стола, чтобы не упасть. — Наш литератор. Намджун, это его браслет. Он всегда крутит его на запястье, когда читает лекции. Это он. Всё это время... это был он.
Намджун замер. Его лицо на мгновение превратилось в каменную маску. Он снова повернулся к монитору, вглядываясь в размытый силуэт в дождевике, словно пытаясь сопоставить его с высокой фигурой учителя.
— Быть не может, — глухо произнес Намджун, и в его голосе впервые прорезалась настоящая растерянность. — Сокджин? Он же... Чимин, этого не может быть. В три часа ночи Ким Сокджин физически не мог стоять под моими окнами.
— Почему ты его защищаешь?! — Чимин сорвался на крик, ярость напополам с ужасом захлестнула его. — Ты сам видишь улику! Камера не врет!
— Камера не врет, Чимин, но ты не знаешь одну вещь, — Намджун медленно поднялся со стула, и его глаза потемнели от подступающего тяжелого осознания. — Вчера вечером, перед тем как поехать за тобой, я заходил в учительскую. Мой отец — председатель попечительского совета школы, и ему присылают все экстренные отчеты. Вчера днем Ким Сокджин попал в серьезную аварию на трассе за городом. Он со вчерашнего вечера лежит в центральной больнице в глубокой коме, под аппаратом ИВЛ. У него сломаны обе руки, Чимин. Он не мог физически прийти сюда. И уж тем более не мог никому махать рукой.