Глава 21: Враг государства
Шины внедорожника с диким скрежетом прочертили асфальт перед стеклянными дверями центрального госпиталя. Чимин практически вывалился из салона. Его правая рука была полностью недееспособна, левая едва разжималась от перенапряжения.
Полностью игнорируя вспышки боли, которые уже казались чем-то привычным, он пинком открыл заднюю дверь и гаркнул на замершего Тэхёна:
— Хватай Намджуна! Помогай, живо!
Тэхён, на лбу которого уже запеклась темная кровь, подчинился без слов. Из него словно вынули стержень — без команд Юнги он превратился в послушного, испуганного робота. Вместе они выволокли тяжелое, обмякшее тело старосты на холодный бетон. Намджун был без сознания, его голова безжизненно откинулась назад, а сквозь пропитанную кровью куртку Чимина, которой Пак пытался зажать его рану, всё еще сочилась багровая жидкость.
В приемный покой они ворвались как ураган. Дежурные санитары и молодая медсестра испуганно отпрянули, увидев троих израненных, промокших до нитки парней, от которых за километр несло гарью и кровью.
— Реанимацию сюда! — хрипло закричал Чимин, опираясь плечом о стойку регистрации, потому что ноги уже отказывались его держать. — Ножевое ранение, огромная потеря крови. Живо, вашу мать!
К ним тут же подкатили каталку. Намджуна переложили мгновенно. Чимин успел заметить, как врач скорой помощи быстро разрезал окровавленные бинты старосты и его лицо тут же побледнело от увиденного. Каталка с грохотом унеслась по длинному, стерильно-белому коридору за двойные пластиковые двери.
Чимин тяжело опустился на металлический стул в зале ожидания. Его ладони, обмотанные грязной ветошью, горели так, словно их окунули в кислоту. Тэхён сел в самом углу, забившись под раскидистый лист декоративного цветка, и уставился в пол неподвижным взглядом.
Прошло не более двадцати минут. Чимин как раз пытался зубами затянуть узел на левой руке, чтобы остановить сочащуюся из ладони кровь, когда автоматические двери госпиталя с шипением разъехались.
В зал ожидания вошел шквал ледяного воздуха и звуки тяжелых, синхронных шагов.
Впереди шел Ким Сухо. Глава огромного строительного синдиката, человек, который контролировал половину теневых финансовых потоков города. На нем был идеально отутюженный дорогой плащ, несмотря на ливень, и тяжелые туфли, которые глухо стучали по кафелю. Лицо Ким Сухо казалось маской, высеченной из гранита — ни одной лишней эмоции, кроме смертоносной, концентрированной ярости в глазах.