Акт 7. Среди высоких гор.

После роковой ночи, когда было совершено возмездие Ханако, тьма не покинула её рассудок. Долго вспоминая свои чувства, она блуждала по дорогам и деревням, становясь легендой в умах людей. С каждой ночью всё сильнее шла молва о призраке девы с черными волосами и кроваво-красными одеяниями. С каждой стражей колокольного звона, всё больше Ханако погружалась в глубокую воду, не различая света и тени в своих мыслях. Она шла и скиталась по плывущему миру, взирая на священные горы под звук каждой колокольной песни.

•••

О, дивная картина всех времён года...

面白の四季の眺めや

Вот - несравненная гора Фудзи.

三国一の富士の山

А это, словно снег, на горе Ёсино лепестки вишни осыпаются.

雪かと見れば花の吹雪か吉野山

Всё сыплется и кружится, словно бурейная Арасияма.

•••

Проходили стремительно времена года, когда Ханако в облике скиталицы сирабёси слушала каждый колокол на горах, наполняясь тоской и злобой. Она пыталась найти святость хоть в одном из них, но при виде макушки высокой и честной горы, ей сразу представлялся в голове вид напуганного Синдзё, который бранил её словно провинившуюся служанку.

•••

Когда глядишь вокруг на горы Асахи,

朝日山々を見渡せば

Слышишь песни с горНакаяма и Исияма

歌の中山石山の

И даже кроткая Суэ-но-Мацуяма сравнится когда-нибудь с дьявольскими горами Оэяма.

末の松山いつか大江山

•••

Ханако вздыхала, взирая на гору дьяволов, не находя в ней ни себя, ни Синдзё, только пламя высоких погребальных костров. Колокольный звон там ей казался не голосом Будды, а песней самого хозяина преисподней, что укрылся за золотой росписью и тайно совращает разумы уже обречённых людей.

- Сколько ни смотрю в горную вышину, не вижу ни бога, ни беса, только сосны и сосны, а под ними грустные цветы.

•••

Хоть дорога и долгая, а простор бескраен,

いく野の道遠けれど

Но всё ведёт к любви, словно вулкану Асама!

恋路に通ふ浅間山

То чувство одной ночи, словно жаркие воды гор Арима.

一夜の情有馬山

•••

Всё что думалось Ханако о той любви, так это то, что она была тропой, что вела в вулкан Асама, где и сгорела вместе с последними слезами, словно горячими водами источников Арима.

- Зря я так горела. Обожглась и теперь не могу перестать пылать и кипеть. Да так, что под моими ногами остаются чёрные обугленные следы.

Та пасмурная ночь, когда Синдзё расплатился за лживые слова, стала для девы последним толчком в бескрайнее море ненависти.

•••

И те бравые слова - древняя деревня Асука, гора Кисояма, гора Мацутияма.

いなせの言の葉はあすか木曽山待乳山

И молилась я в горах Микамияма, Китаяма и Инарияма.

我三上山祈り北山稲荷山

•••