Глава 4.

Глава 4. Октябрь. Прошлый год.

Успех на работе был стремительным и головокружительным. Эмили не просто справлялась — она расцветала. Ее отдел дизайна стал самым продуктивным в издательстве. Она находила неожиданные визуальные решения для скучных текстов, ее презентации завораживали, а Марчелла смотрела на нее с одобрением, в котором читалось: «Я знала, что не ошиблась».

Но за этим внешним триумфом скрывалась изнурительная борьба. Ее жизнь напоминала американские горки: стремительные взлеты сменялись обвалами. Апатия накатывала внезапно, как туман с моря. Однажды утром она могла проснуться и понять, что ее батарейка села. Полностью. На ноль. Мысли вязли, как в патоке, простейшие задачи — ответить на письмо, выбрать одежду — требовали титанических усилий. Мир за стеклом становился плоским и серым, и сквозь него доносился приглушенный шум, не имеющий к ней никакого отношения.

Она списывала это на переутомление. На остатки старой боли. «Просто нужно взять себя в руки», — говорила она себе, заставляя улыбаться коллегам и делая еще один глоток кофе. Но «взять себя в руки» не работало. Воля была, а силы — нет.

И тогда она, всегда полагавшаяся только на себя, сделала самый трудный шаг в своей жизни — попросила о профессиональной помощи.

Кабинет психиатра был светлым и спокойным, без намека на казенщину. Врач, женщина лет сорока с умными, внимательными глазами, выслушала ее. Не только про апатию. Про отца. Про мать. Про ощущение ненужности, которое было ее самым верным спутником. Про то, как она годами боролась с собой, чтобы просто... жить.

— Эмили, то, что вы описываете, — сказала врач мягко, но твердо, — классическая картина рекуррентного депрессивного расстройства.

— Депрессия? — Эмили фыркнула, ощущая прилив протеста. — У меня не депрессия. У меня просто... сложная жизнь. Я сильная. Я со всем справлялась.

— Сильные люди тоже болеют. Диабетом, гриппом, депрессией. Это не недостаток характера, — врач посмотрела на нее прямо. — Это биохимия. Ваш мозг все эти годы работал в режиме выживания, исчерпав ресурсы. Вы боролись не с ленью, а с болезнью. И боролись героически. Но теперь можно позволить себе полечиться.

Эмили вышла от нее с рецептом на антидепрессанты и с чувством горькой несправедливости. Она не верила. Принимала таблетки с внутренним сарказмом, ожидая, что ничего не изменится.

А потом что-то изменилось.