Глава 42. Защита своей еды

【Апокалипсис】 Коварный манипулятор (гун) × Отбитый псих (шоу)

***

На улице уже стемнело, близилась глубокая ночь.

Нин И, обдуваемый холодным ветром, вошёл в здание с пакетом апельсинов в руках. Выдохнув облачко тёплого пара, он нажал на кнопку лифта и стал ждать. Сегодня он вышел без телефона и не предупредил Юй Фэнъюэ, а вернулся позже, чем рассчитывал.

«Интересно, не будет ли он сердиться...»

Однако, как ни странно, полчаса назад он услышал системное уведомление о том, что уровень почернения Юй Фэнъюэ снизился — осталось всего десять процентов.

Он не знал, что именно поспособствовало такому результату.

Лифт с тихим звонком открылся, и Нин И вошёл внутрь. Через пару минут он уже стоял у входа в квартиру. Он поднял руку, постучал, и дверь открылась изнутри.

Юй Фэнъюэ стоял в белой футболке с круглым воротом, полотенце наброшено на голову, мокрые волосы мягко лежали на лбу. Видимо, он только что принял душ.

— Я вернулся, — Нин И приподнял пакет в руке. — Принёс тебе апельсинов.

— Угу, — Юй Фэнъюэ отошёл, пропуская его. — Тот Ци...

— Ты про Ци Цюаня? — подхватил его фразу Нин И.

— Угу. Почему ты был с ним?

— Проверяешь меня?

— Просто спросил.

— Он предлагал мне работу, — Нин И прошёл на кухню с апельсинами. — Будешь? Отрезать дольку на пробу? Очень сладкие и сочные.

— Буду, — Юй Фэнъюэ последовал за ним, словно хвостик. Хоть его прервали, он всё равно вернулся к прежней теме. — Тебе не нужно работать, я могу тебя содержать.

— Но я тоже хочу о тебе заботиться, — Нин И вымыл руки, достал кухонный нож и положил апельсин на разделочную доску. — Как и прежде, позволь мне присматривать за тобой, считай это искуплением...

— Каким искуплением?

Раздался глухой стук: нож в руке Нин И уверенно разрезал апельсин пополам, высвобождая свежий аромат цитруса. Его длинные пальцы сжали плод; он замер на пару секунд и лишь затем продолжил резать.

— Что ты хочешь услышать? — задал он встречный вопрос.

Юй Фэнъюэ смотрел ему в спину. Он вошёл на кухню и замер в полушаге за его спиной.

— Ты сильно изменился с тех пор.

— Я же говорил: люди меняются.

— Ты стал совсем другим человеком, — произнёс Юй Фэнъюэ. Были вещи, о которых он не решался спрашивать, опасаясь, что стоит ему заговорить — и нынешний Нин И исчезнет, вновь став прежним. С тех пор как к нему вернулась память, Юй Фэнъюэ не переставал подозревать, что нынешний Нин И — совсем не тот человек, каким был прежде.

Нин И: «...»

Между ними повисло молчание.