Не две ли малые птицы продаются за ассарий?

Великоразумно не спешить уверовать во что-либо и во все,

ибо вера в один лжепринцип есть начало всей глупости.

Cemetery

music:Svanrand - Heilung

Голова гудела.

Сознание взбунтовалось, отказываясь принимать происходящее.

Мысль, рождённая не в её мозгу, ощущалась, как ледяные когти на изнанке души. Всё кричало: «Не верь!», но тело уже капитулировало: желудок сжался в тугой узел, а сердце, замершее в оцепенении, сорвалось в бешеную, паническую пляску. Это не безумие. Безумие было бы милостью. Это едкое, кошмарно-реальное присутствие, заставляющее девушку застыть.

Колени настойчивее пробирало холодом от сырой, погостной земли, а по коже продолжали скатываться неспешные алые капли.

Ну и чего притаилась? Глазёнки на выкат. Работать надо, Мария, работать.

Шипение казалось издевательским. Оно заползало в мозг и наводило свои порядки, попутно разрастаясь тёплым давлением по затылку.

Губы дёрнулись. Чуждо было слышать такое нелепое старое имя. Им называли глупую девчонку, пытающуюся заслужить внимание отца, у которой из проблем было промочить обувь в луже или порвать заштопанную куртку. Но не её. Вряд ли в чёрных глазах осталось хоть что-то от прежней, не переломанной тяжестью догм Маши.

- Не зови меня так.

Со стороны выглядело как бред сумасшедшего. Взъерошенная дурнушка на кладбище шепчет возмущения себе под нос. Увидели бы монахини - сразу увезли бы в гости к Анне.

Но дьявольщина лишь противно хмыкнула, делая кульбит в чужом сознании.

Приказывать вздумала? Недурно. Сопли сначала подбери.

Её плечи тряхнуло, а перед взором встала навязчивая картинка: тот самый день со шкатулкой, то блестящее и пульсирующее в детских руках кольцо.

Ты же носила его так долго? Только в этот гадюшник не смогла надеть. И хуй с ним. Не в цацке весь смысл, а в весточке от бабки.

Цветные пятна прожитого детства пошли разводами, когда в них ворвался голос. Всё загудело так, что воспитанница сощурилась и поджала плечи. В нос сразу забился запах сырости и гнили, исходящий от мелкой травы внизу. Казалось, бес своими фразами прорезает любую её логическую цепочку, которая грозит выстроиться. Вот, вроде, плетётся линия из вопросов и фактов, но один лишь комментарий существа - и с треском ниточка рвётся, оставляя раздражающий шум.