Глава 59
*Мирелла*
05.05.2051
День начался с лязга и воя. Не с будильника, а с резкого, тревожного сообщения на университетском портале, а затем — оглушительного звонка с дежурства в больнице. Взрыв. В центре города. Количество пострадавших — неизвестно, но большое. Везут к нам, в главный травмоцентр.
Адреналин вколотился в кровь ещё до первой чашки кофе. Учёба, лекции, конспекты — всё это испарилось, сменилось чётким, холодным режимом врача. Я почти бежала по коридорам больницы, уже в халате, на ходу закалывая волосы. Воздух в приёмном покое был густым от запаха крови, гари, пота и криков. Хаос. Контролируемый, но всё же хаос.
Персонала катастрофически не хватало. Голоса старших врачей гремели, раздавая указания. «Коррадо! Ко второму! Ассистируй, кто свободен!»
Я ворвалась в операционную. Стерильный свет, уже готовый стол, звуки аппаратуры. И фигура у раковины, с закатанными до локтей рукавами, моющая руки с методичной, яростной скоростью. Итан.
Наше с ним расписание было искусственно разведено, и мы не пересекались неделями. И вот — взрыв свёл нас здесь, в этом святилище жизни и смерти.
Он повернул голову, увидел меня. Его глаза за стеклами очков на мгновение расширились от чистого, немого шока. Он замер. Я тоже. Потом, не глядя на него, я рванулась к столу с инструментами, начала проверять, раскладывать. Мой мир сузился до предстоящей процедуры, до пациента, которого сейчас внесут.
— Коррадо, ассистируете, — прозвучал голос главного хирурга, доктора Рейнольдса, уже входящего в зал. — Холл, вы на основной.
— Да, — прозвучало почти синхронно, два голоса, отточенные профессиональной дисциплиной.
Пациента внесли. Время замедлилось, превратившись в череду чётких команд, протянутых инструментов, прижигания сосудов, сшивания тканей. Я была машиной. Мои руки знали, что делать. Ловила взгляд Итана только тогда, когда он требовал инструмент — и тут же отводила глаза. Мы не смотрели друг другу в лицо. Мы смотрели на рану, на мониторы, на руки друг друга. Общение свелось к сухим, техническим фразам:
— Зажим.
— Скальпель.
— Электрокоагуляция.
— Давление падает.
— Больше света сюда.
Молчание между этими фразами было громче любого крика. Оно было наполнено всем — стыдом, который жёг мне щёки, его немой яростью, которую я чувствовала, как исходящее от него тепло, и общей сосредоточенностью на том, чтобы не дать этому человеку на столе умереть. Это было самое странное, самое мучительное и самое профессиональное взаимодействие в моей жизни.