Глава 30. Ненасытный монстр.
В тишине личной каюты на «Серебряном Драконе», нарушаемой лишь мягким гулом двигателей и ровным дыханием Эвандера, Вассаго позволил себе, наконец, расслабиться. Его омега, теперь уже чистый и переодетый в мягкую одежду, спал глубоким, исцеляющим сном у него на груди, пригревшись под подбородком. Одна рука Маршала крепко обнимала его за спину, другая почти бессознательно гладила шелковистые черные волосы. Облегчение было таким всепоглощающим, что от него ломило кости, а мышцы ныли. И именно из этой глубины, как тёмная, маслянистая вода со дна, стали всплывать обрывки воспоминаний. Не тогда, когда он боролся с ними, а сейчас, когда можно было не сражаться, когда худшее уже было позади, и память вытаскивала на свет занозы тех ужасных часов...
Он вспоминал с кристальной и такой болезненной ясностью, как воздух вдруг стал густым и тяжёлым, как будто перед грозой. Его инстинкт и инстинкт Роджера сработали синхронно — они обменялись взглядом, и Го уже двигался, не думая. Он резко притянул Эвандера, вжал его в себя спиной, своими руками создав живой щит между омегой и невидимой ещё угрозой. В тот миг он чувствовал под ладонью быстрое биение сердца Эвана, слышал его короткий вздох. Он был рядом с ним. В безопасности.
Потом — синяя, беззвучная вспышка, от которой потемнело в глазах. Не взрыв, а волна, погасившая все огни и сбившая с ног на землю Кассиана с его охраной. Электромагнитный импульс. Профессионалы. И из теней, как тараканы из щелей, повалили они. В простой форме, без опознавательных знаков, но их движения... Слаженные. Солдатские.
Его собственная аура ударила наружу почти рефлекторно, сокрушительным прессом, укладывая первых нападавших, одним движением заводя омегу за собственную спину. Он сознательно сдерживался, заставляя ауру работать точечно.
"Выявить заказчика. Не убивать. Не спугнуть." — крутилось тогда в его голове.
Рядом Тристан и Роджер смыкали круг, их тела были живым барьером справа. Го метался в эпицентре, его сознание было разделено: одна часть анализировала атаку, другая — как тончайший радар — была прикована к точке за его спиной. Там был Эван. Он чувствовал его присутствие, как чувствуют собственное дыхание. Всё было под контролем.
А потом — пустота.
Не телесная, а... ментальная. Та самая нить, что связывала его с Эваном, натянулась до предела и — оборвалась. Он почувствовал это физически, как резкий спазм под рёбрами, как будто ему вырвали часть лёгкого. Он обернулся, уже крича, и мир сузился до одной точки.