Глава 41. Лунатик
Хотя Мэнпо и раньше говорила, что кровавая метка означает установление связи с куклой, в реальности это ощущалось совсем иначе. Юй Цин недоверчиво посмотрел на игрушку, протянул руку и сказал Ми Сяобаю:
— Эта — моя.
Шутки шутками, но такую штуку он не мог выпускать из поля зрения. Учан, конечно, это понимал, но, изобразив на лице сожаление, спросил:
— Уже забираешь?
В комнате горел тёплый приглушённый свет, они стояли слишком близко, а разговор не предназначался для чужих ушей, поэтому голос Ми Сяобая был таким тихим, что его слышали только они двое. «Конечно» уже готово было сорваться с губ Юй Цина, но тот неожиданно заколебался.
Шань Бэй, пытаясь незаметно улизнуть из комнаты, катил за собой чемодан, пока двое боссов не обращали на него внимания, но споткнулся о порог, после чего раздался металлический лязг. Юй Цин мгновенно отреагировал: он забрал у Ми Сяобая войлочную куклу и вернул ему вторую с вышитым «^ ^» на спине. Можно сказать, что это было возвращение вещи законному владельцу.
Ми Сяобай тоже был не против такого исхода — в конце концов, если бы он действительно хотел подшутить над Юй Цином, ему не нужно было бы заранее предупреждать его о печати и о той тонкой связи, которая между ними возникает. Однако, когда тот вернул ему куклу с улыбкой, одна его бровь слегка приподнялась. Ми Сяобай, раскрыв ладонь и глядя на маленькую игрушку, с показным огорчением тихо произнёс:
— Упс. Кажется, он тебя не хочет.
Юй Цин: «...»
Он нахмурился и, развернувшись, сразу ушёл, но через три секунды вернулся и с холодным лицом забрал у Ми Сяобая тряпичную вещицу. Тот тихо рассмеялся и разжал пальцы, а когда поднял глаза, в них уже появилась улыбка.
Куклы были совсем маленькие, а пальцы Юй Цина — длинные, так что он одной рукой едва удерживал сразу две. Он стоял, в одной руке держа две игрушки, а другой копаясь в серебристом чемодане Ми Сяобая в поисках одежды. Он опустил взгляд, и без тени эмоций на лице казался воплощением сосредоточенности. Сбоку он уловил движение: Ми Сяобай повернулся и, прислонившись к краю стола, наблюдал за ним.
Юй Цин по-прежнему не смотрел на него, продолжая рыться в вещах. Летняя одежда была лёгкой, чемодан не слишком большим, и его можно было перевернуть за пару движений, но он действовал очень аккуратно: приподнимал край вещей, оценивал ткань и цвет и осторожно опускал обратно. Сложенные стопки оставались безупречными, и таким образом он проверил каждую.