16 Глава

Время тянулось медленно, словно проверяя её на прочность. Каждый удар сердца отсчитывал секунды, которые Аделина провела в раздумьях. Слова Лесника не выходили из головы: «Ты можешь закрыть дверь в прошлое навсегда. Или открыть её...»

Она стояла перед дверью кабинета, сжимая в руке ту самую фотографию отца. Пальцы то сжимались, то разжимались — будто пытались найти верный ответ в шероховатости бумаги.

Наконец, она подняла руку и постучала. Три коротких удара.

— Войдите, — раздался изнутри сдержанный голос.

Аделина распахнула дверь. Лесник сидел за столом, перебирая какие‑то документы. Поднял глаза — ни удивления, ни вопроса. Только ожидание.

Она сделала шаг вперёд, остановилась у края стола.

— Я обдумала наш разговор, — голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — И хочу спросить... Могу ли я встретиться с отцом? В последний раз?

Лесник отложил бумаги, внимательно посмотрел на неё. Не спешил отвечать — будто взвешивал каждое возможное последствие этого решения.

— Зачем? — спросил он наконец. — Чтобы сказать ему что‑то? Или чтобы услышать?

Аделина опустила взгляд на фотографию, которую так и не выпустила из рук.

— Не знаю. Наверное... чтобы понять. Для себя.

— Понять что?

— Что осталось. Между нами. Или уже ничего?

Лесник медленно кивнул, словно принимая её честность.

— Ты боишься?

— Да, — коротко, без прикрас. — Боюсь, что увижу в его глазах то же, что и раньше. Или... что не увижу ничего.

— А если увидишь что‑то другое?

Она сглотнула. Этот вариант она старалась не рассматривать. Потому что тогда придётся делать выбор — настоящий, необратимый.

— Тогда... — она глубоко вдохнула, — тогда я решу, как жить дальше.

Лесник поднялся, подошёл к окну. За стеклом шумел город, но здесь, в кабинете, время словно остановилось.

— Хорошо. Я организую встречу. Но предупреждаю: ты не обязана прощать. Не обязана оправдывать. Ты просто имеешь право знать.

Аделина кивнула. В горле стоял ком, но она не позволила ему превратиться в слёзы.

— Спасибо.

— Это не милость, — он повернулся к ней. — Это твоё право.

Она развернулась к выходу, уже взявшись за ручку двери, когда его голос остановил её:

— Аделина. Что бы ты ни решила — это будет твоё решение. Не его. Не моё. Твоё.

Она не ответила. Только крепче сжала фотографию и вышла.

За дверью её ждал новый день — и возможность сделать шаг туда, куда она боялась идти столько лет.