17. Монстр
Мне шестандцать. В жизнь пришло больше осознанности, а с тем и наказаний, которые даёт мне отец. За что? Да за то, что я не такой, как все. За то, что я не могу испытывать эмоции, хотя учусь это делать.
В какой-то степени меня тошнит от круговорота этих вещей в моей жизни.
Я сижу на бетонном полу и затыкаю рану в животе, которую он мне оставил. Со словами: «Если не сдохнешь за полчаса до того, как придёт врач, то считай, что тебе повезло, щенок».
Душило ли меня чувство обиды? Нет.
В моей голове лишь было чувство не понимания того, как разбитый нос парня, который обзывал мою мать, может быть связан с моей дырой в животе. Это лишь обостряло справедливость в моей голове.
Больше всего на свете переживала моя мать, которая, кидалась на отца и просила меня не трогать.
— Ты не можешь, Уильям! — кричала она, хватая его за разьяренные окровавленные кулаки. — Он же ребенок!
— Он уже лезет к девкам под юбку, Ари, — холоднокровно сказал он, стирая кровь с костяшек какой-то тряпкой. — Он разбивает носы и ты говоришь, что он ещё ребенок? Дети себя так не ведут.
Да, мой дорогой отец, это ты привёл в дом проститутку, чтобы она научила меня, как надо трахаться. Пока мать была в гостях у подруги. Уверен, что ты и сам оттрахал её на кровати, где спишь с мамой. Она извивалась на моем члене, как чертова кобра. Держала член во рту и стонала моё имя, а потом ты целовал эти губы и наверняка думал, что она не такая грязная, какой является.
Слова Грегори вытянули меня из глубокого воспоминания.
Вечеринка. Её предложил Грегори, чтобы поразвлекаться.
Он стоял посреди моей комнаты — руки в карманы брюк за две тысячи долларов.Тёмные волосы зачёсаны назад так, что ни одна прядь не смела выбиться, — и улыбался. По нему сразу видно, что недавно у него был созвон с Мистером Клиффорном. Улыбка у Грега особенная, когда он улыбается, хочется проверить, на месте ли кошелёк. И почки, и возможно документы на дом в самом дальнем шкафчике.
— Демиан, — сказал он, растягивая моё имя, как дорогой виски, который он так любит. — Ты провёл всё лето в клетке у папочки, Мэтт провёл лето, разлвекая скучающих домохозяек в Чикаго. Я провёл лето... — он сделал паузу. Я знаю, что он часто встречался с Лилит, но не особо распространяется об этом, — ... в поисках нового хобби. Мы заслужили вечеринку.
— Мы заслужили охоту, — лениво поправил Мэттью с моего кресла. Он сидел, закинув ноги на подлокотник и лениво кидал нож в стену. Раз за разом лезвие входило в одно и то же место. — Последний раз, когда мы устраивали что-то стоящее, был... когда?