035
35
— Дерись со мной! — закричал Спенсер на Гарри.
— Я пытаюсь, но ты продолжаешь прятаться за Малу, — ответил Гарри бесцветным голосом, с почти скучающим видом ожидая, пока Спенсер оставался на месте за моей спиной, положив свои большие руки мне на плечи и выглядывая из-за меня, чтобы свирепо смотреть на Гарри.
— Я имел в виду, давай драться на расстоянии... — предложил Спенсер, заставив Гарри скривиться от его предложения.
— Тогда какой смысл...
— Словесно я вынесу тебе, блять, весь мозг — вот какой смысл, — выпрямился Спенсер у меня за спиной, одна рука покинула моё плечо, чтобы яростно указать на Гарри, который просто закатил глаза в ответ на безобидную угрозу.
— Спенсер, — обратился Гарри холодным тоном, сделав шаг вперёд, заставив Спенсера быстро пригнуться за мной для защиты.
— Малу, — с тревогой заметил меня Спенсер, обнимая меня для утешения, следя глазами за Гарри, который приближался к нам.
— Гарри, — предупредила я с неодобрением, охраняя Спенсера защитным взглядом.
Все трое замолчали, и нас внезапно накрыла волна дежавю.
Странно, как почти тот же самый ритуал повторялся даже когда мы выросли: Спенсер прячется, я защищаю, а Гарри намерен драться.
Почти.
Мои глаза крепко встретились с выразительными зелёными глазами Гарри, которые противоречили его пустому, каменному выражению, прежде чем он наконец заговорил.
— Я не злюсь, — заявил он пренебрежительным тоном. Мои плечи расслабились, и я вздохнула с облегчением.
— О, хорошо, потому что я очень хочу тебя обнять, — призналась я с маленькой надеющейся улыбкой, подошла и обвила руками его твёрдую, рельефную талию в приветственных объятиях. Я сразу почувствовала, как его руки обвили мою талию, прижимая меня к нему. Быстрое биение его сердца было одним из немногих признаков того, что он наслаждался нашими объятиями так же сильно, как и я, — он уткнулся лицом в мои волосы, медленно вдыхая с удовлетворением.
Спенсер кашлянул.
— Куда ты пропал? — не удержалась я, отстраняясь, чтобы посмотреть на него, и вцепилась в концы его пиджака. Он положил свою татуированную руку мне под подбородок, приподнял моё лицо, чтобы посмотреть на него, затем игриво сжал его вместе.
— Должен был забрать твой подарок на день рождения. Заняло больше времени, чем я ожидал, но я хотел, чтобы он был достаточно хорош для тебя, — ответил он с задумчивым выражением, высунув язык, чтобы облизать проколотые губы. Мои глаза расширились, и я поднесла руки к лицу, отстранилась с волнением и улыбнулась Спенсеру и Гарри.
Я совсем забыла, что через несколько дней у меня день рождения, со всей этой суматохой из-за поисков Спенсера, откровения Гарри о нашем прошлом и его исчезновения.
— Я уже опередил тебя, если честно, — вставил Спенсер с самоуверенной усмешкой, привлекая моё внимание. Он держал большой лист бумаги, похожий на билет, выпрямил его передо мной. Я взвизгнула и придвинулась ближе с любопытством.
— Купон на бесплатное питание в том самом классном индийском буфете на этой улице на целый год. Есть кое-какие связи, — он провёл рукой по своим растрёпанным светлым волосам, показывая мне бумагу. Я взвизгнула от радости, набросилась на него с объятиями, он улыбнулся под моим вниманием.
— Ты же знаешь, как я люблю индийскую еду! Особенно все эти острые блюда, — усмехнулась я, когда он вручил мне мой подарок. Я смотрела на купон с благоговением, затем взглянула на Гарри, который выглядел незаинтересованным.
— От карри я плачу, но это так вкусно, — добавила я с мечтательной усмешкой, слегка содрогнувшись при воспоминании о жгучем, остром ощущении, которое обжигало горло и проходило через ноздри от одного кусочка этого блюда, но, чёрт возьми, это было потрясающе и стоило каждой слезы.
— Итак, что ты подарил ей, Гарри? — Спенсер выхватил бумагу из моей руки, чтобы не слишком тонко помахать ею перед бесстрастным лицом Гарри, тряся купоном перед раздражёнными зелёными глазами Гарри.
Без слов Гарри поднял руку — с его татуированных пальцев свисал ключ, и он не сводил взгляда с меня.
— Я подарил ей дом.
Мои губы приоткрылись от шока, я моргнула, глядя на Гарри широко раскрытыми глазами, и с неверием посмотрела на новенький серебряный ключ в его руке. Спенсер сделал то же самое, застыв на месте.
— Дом, — повторила я шёпотом в замешательстве, брови поднялись в изумлении. Гарри послал мне ямочковую усмешку, его внимание было только на мне, затем он бросил мне ключ, и я поймала его в свои руки.
Где-то позади Спенсер медленно сжал купон в своей руке, звук хруста наполнил воздух, пока он не превратился в маленький шарик. Затем он засунул его себе в рот, пытаясь подавиться им.
***
— Можно мне уже посмотреть? — спросила я с радостной улыбкой. Мир вокруг меня был совершенно чёрным из-за моих рук, закрывавших уже и так прищуренные глаза.
— Нет, — ответил Гарри отрывистым тоном, продолжая вести машину.
— Жаль, что Спенсер не захотел пойти с нами, — сказала я с лёгкой хмуростью, зная, что Гарри вёз меня к новому дому, который, по его словам, купил для меня, и позже объяснил во время поездки, почему его не было некоторое время.
Почему он купил мне мой собственный дом на день рождения, я всё ещё понятия не имела.
Я имею в виду, я не видела этого человека больше двух недель, а он возвращается и говорит, что купил мне собственную недвижимость — это было умопомрачительно.
— Ладно, мы на месте, — сообщил хрипловатый голос Гарри, и я услышала, как заглох двигатель.
— Можешь посмотреть, — сказал он, но я уже опустила руки и открыла глаза в ту же секунду, как он сказал, что мы приехали. Моё лицо прижалось к окну, стекло запотело от моего тяжёлого дыхания, когда я смотрела на дом перед собой.
Издав пронзительный радостный крик, я открыла дверь и выбежала к ветхому дому. Состаренная древесина была слегка облуплена, на выцветшей, цвета авокадо краске экстерьера виднелось несколько царапин, но он всё равно был прекрасен. Я запрыгала вокруг переднего крыльца, обнимая сам дом.
Ничто так не поможет привести в порядок этот требующий ремонта домик, как старый добрый ТЛЦ. (В контексте ремонта и недвижимости аббревиатура TLC (читается как «Ти-Эл-Си», от англ. Tender Loving Care — «нежная забота») означает, что объект недвижимости или оборудование нуждается в ремонте, уходе, реставрации или косметическом обновлении
— Ты кто? — хрупкий, дрожащий голос прозвучал с опаской рядом со мной. Я повернула голову и увидела сгорбленного пожилого мужчину, смотревшего на меня миндалевидными прищуренными глазами, трость в его морщинистой руке дрожала.
Я взглянула на Гарри, который прислонился к открытой двери машины и смотрел на меня с безучастным видом.
Я промолчала, снова повернувшись к незнакомому старику, который, как я заметила, встал со своего кресла-качалки на крыльце, которое всё ещё слегка покачивалось от отсутствия на нём веса.
И тут до меня дошло.
— И к дому прилагается милый пожилой азиат! Лучший день рождения в жизни! — взорвалась я от восторга, раскинув руки с дружелюбной улыбкой. На обвисшем лице мужчины появилось выражение ужаса и страха.
— Я звоню в полицию! — прохрипел он своим скрипучим голосом, когда я обняла его, закрыла глаза и наслаждалась моментом, даже когда он извивался и дёргался под моей хваткой в знак протеста.
Пожилые люди так приятно пахли.
— Bambina, — позвал Гарри, привлекая моё внимание.
— Это дом твоего соседа. Не твой, — заявил он. Мы со стариком отступили друг от друга с ошеломлёнными выражениями.
— Сосед? — эхом повторили мы. На моём лице была улыбка волнения, а на морщинистом, в пятнах лице мужчины — испуганная хмурость.
— Дом позади меня — твой, — Гарри кивнул большим пальцем через плечо. Мой взгляд переместился с него на дом позади него, и мои глаза расширились при виде гораздо более нового экстерьера по сравнению с домом моего соседа.
Я чувствовала, как плыву по ступенькам соседского крыльца, плыву к красивому, двухэтажному, кремового цвета дому с белым штакетником, белыми окнами и яркими зелёными растениями снаружи.
Я чувствовала взгляд Гарри за спиной, когда медленно приближалась к большой белой двери — ко входу в то, что должно было быть моим домом. Он молча следил за каждым моим движением, каждой реакцией, пока я стояла там, перед фасадом. Медленно моя рука залезла в карман пиджака, чтобы достать ключ, подаренный Гарри. Мои пальцы скользили по углублениям металла, а свободная рука нежно коснулась блестящей дверной ручки передо мной.
Щелчок, раздавшийся от двери, когда я повернула ключ в замке, заставил моё сердце биться быстрее от предвкушения — при мысли о том, что, возможно, я буду слышать этот звук снова и снова отныне.
Резко вдохнув, когда сделала первый шаг внутрь, я не могла не смотреть вверх с изумлением на домашний интерьер нового места, даже без какой-либо мебели. Я оглядела открытую, пустую гостиную, белую лестницу и просторный коридор.
Первое, к чему я прикоснулась, — это широкий дверной проём в гостиную. Чистые окна пропускали мягкие лучи света в пространство, освещая несколько кружащихся в воздухе частиц. Я присела и изучила дерево стены. Это было как во всех фильмах и шоу, которые я смотрела: там большая счастливая семья живёт под одной крышей и отмечает рост всех детей на стене.
Эти моменты были моими любимыми, даже если это были просто актёры, потому что я знала, что где-то там люди действительно делают эти чудесные маленькие вещи.
Я подняла голову, проводя рукой по мягкой краске с маленькой улыбкой.
— Тебе исполнится двадцать шесть через несколько дней, — раздался глубокий, нежный голос Гарри у входа в дом. Я повернула к нему голову и медленно поднялась на ноги под его взглядом.
Его высокая фигура прислонилась к дверному косяку, на лице — почти печальное, но ожидающее выражение, когда он смотрел на меня через разделявшее нас пространство. Лучи света, просачивающиеся через незашторенные окна, действовали как решётки, разделяющие нас. Он задумчиво скрестил свои рельефные руки на груди.
— Я не знал, чего ожидать, когда рассказал тебе всё о нашем общем прошлом. Я предположил, что ты будешь испытывать отвращение и не захочешь иметь со мной ничего общего, что я понимаю, — начал он, словно прокручивал этот момент в своей голове миллион раз, моргая на меня интенсивными зелёными глазами.
— Но всё, чего я хотел, — это защищать тебя. И если ты больше не хочешь меня в своей жизни, я уйду навсегда. Поэтому я купил тебе этот дом и выплатил ипотеку. Теперь это твой дом, и я убедился, что это место, где, как я знаю, ты будешь в безопасности, где ты сможешь осесть и завести свою собственную семью... С... со Спенсером, — он одобрительно оглядел место, произнеся последнюю часть с явным трудом, пытаясь вернуть себе собранный вид, но потерпел жалкую неудачу, когда я сделала шаг вперёд, медленно приближаясь к нему. На этот раз он выглядел потерянным и уязвимым, его кадык двигался вверх-вниз, пока он стоял там, широкие плечи напряжены, всё тело застыло, а я смотрела на него снизу вверх.
— Останься со мной.
Сказать, что мои слова шокировали Гарри, — ничего не сказать. Его обычно бесстрастное лицо теперь выражало удивление, он моргнул, глядя на меня широкими ошеломлёнными зелёными глазами, проколотые губы приоткрылись, словно он ослышался. Я сократила разделявшее нас расстояние, прижавшись лицом к его груди с закрытыми глазами и опущенными вниз губами.
— Пожалуйста, останься со мной, Гарри. Я обещаю, что буду любить тебя и заботиться о тебе так же сильно, как ты заботился обо мне. Я буду держать тебя здесь, укутывать в одеяла, перебирать пальцами твои волосы и кормить тебя очень вкусной едой, — пообещала я, крепко зажмурившись, в горле встал комок. Я держала его крепче, бессознательно сжимая ткань его рубашки под руками.
Я слышала, как участилось его дыхание, как бешено забилось сердце, когда он медленно опустил руки на мою талию.
— Ты всё ещё... ты всё ещё хочешь меня, — пробормотал Гарри в неверии, моргнув, глядя на меня с такой сильной эмоцией на лице, когда я наконец открыла глаза, чтобы посмотреть на него. Я кивнула, а затем обрамила его сбитое с толку лицо своими ладонями — его щёки были тёплыми и раскрасневшимися на моих ладонях.
— Te amo. Tu eres mi corazón. Por siempre y para siempre. (Я люблю тебя. Ты — моё сердце. Навсегда и всегда.) — прошептала я Гарри, словно это был наш маленький секрет, улыбаясь от уха до уха, когда он уставился на меня сверху вниз, совершенно безмолвный, а затем на его жёстких чертах появилось выражение облегчения и любви.
Я не знала, играет ли со мной мой разум, но, клянусь, глаза Гарри слегка увлажнились. Я подалась вперёд, чтобы разглядеть получше, но не успела взглянуть как следует, как он быстро опустил голову и уткнулся лицом в изгиб моей шеи.
Я слегка сморщила лицо в изумлении от ощущения того, как серьга Гарри щекочет мою кожу, и положила руку на его мягкие волнистые каштановые волосы, пока он прижимал меня к себе.
— Mi corazon, ты плачешь? — легонько поддразнила я, убедившись, что провожу пальцами по его коже головы, чтобы утешить. Он расслабился и прильнул ко мне, издав маленький слышимый вздох у моей шеи, и промолчал.
— Нет, — ответил он спустя несколько мгновений, его голос был более хриплым, чем обычно, и гораздо более нерешительным. Я рассмеялась, давая ему понять, что всё в порядке.
Гарри медленно поднял голову, кончик его носа прочертил покалывающую дорожку вверх по моей шее, затем он посмотрел мне в глаза, убирая выбившуюся прядь моих волос за ухо.
— Ты знаешь, почему я называю тебя mio tutto — «моё всё» — вместо «моя любовь», mi amore? — вдруг спросил он, его глаза скользили по моему лицу, когда он нежно провёл большим пальцем по коже моей щеки. Я покачала головой «нет».
Затем он сжал моё лицо вместе в своих больших ладонях, заставив меня прищуриться и хихикнуть со сжатыми губами, а он улыбнулся.
— Потому что ты больше, чем просто моя любовь, — сказал Гарри.
— Ты мой лучший друг...
— Лучший друг... — эхом повторила я в радости, заставив его усмехнуться.
— Ты моя мотивация, вдохновение, причина, по которой я хочу вставать каждое утро — только чтобы увидеть твою улыбку, — выдохнул он, заставив меня сиять на него снизу вверх. Его взгляд скользнул к моим губам, затем снова вернулся к моим глазам.
— Sei la mia vita, Малу. Ты — моя жизнь, — перевёл он. Я зарыла своё пылающее лицо в его грудь от радости, чувствуя, как его руки упали с моих плеч на талию, притягивая меня к нему.
— И поэтому, — прошептал он, опуская голову, и я почувствовала, как его губы коснулись моей макушки.
— Ты — моё всё. И ты всегда ею будешь.