024
Оставалось только одно — танцевать под медленный, томный ритм сексуальной музыки, что обволакивала нас, пока холодный, тёмный взгляд Гарри оставался прикованным ко мне. Я глубоко вздохнула, отказываясь отводить от него глаза, и ровными шагами направилась к нему. Он сидел, скрестив руки на широкой груди.
Он не сводил с моего лица своих зелёных глаз, тогда как все остальные глазели в основном на моё тело. Люди вокруг исчезали, растворялись в фоне, а моё бешено колотящееся сердце забилось в такт звуку моих каблуков, щёлкающих по полу, когда я приблизилась к нему.
— Как думаете, она применит приём «нога через плечо»? — услышала я шёпот Черри позади себя, обращённый к другим девушкам.
— Как первый шаг? Конечно нет. Сначала покачивание бёдрами, потом трение, — прошипела в ответ Мэгги.
К тому моменту, как я подошла, он сел прямо, с бóльшим интересом, но его пустой взгляд остался на мне, и он больше не откидывался на спинку. Хотя в его пронзительных глазах я не увидела узнавания, мне не было страшно. Я опустилась к нему на колени, оседлав его рельефное тело, и крепко положила руки на его широкие плечи. Наши лица разделяли всего дюймы, и мы напряжённо смотрели друг на друга.
Гарри не сделал ни одного движения, чтобы прикоснуться ко мне, не попытался обхватить мою талию — он даже закинул руки на спинку дивана, подчёркивая, как ему неинтересно. Я моргнула ещё раз, с серьёзным выражением лица.
Его испытующий взгляд скользнул к моим губам — единственной черте моего лица, которую он мог разглядеть. Я чуть заметно изогнула их в печальной, нежной улыбке, привлекая его внимание, а затем обвила руками его шею, подалась вперёд и, прижавшись щекой к его плечу, обняла его. Я удивила его. Удивила всех в комнате — я чувствовала на себе их ошеломлённые взгляды, но мне было всё равно.
Тело Гарри подо мной было напряжённым — очевидно, он не ожидал объятий. Я прижалась крепче, вцепившись пальцами в ткань его дорогого чёрного костюма от волнения.
Вспомни меня, ты должен понять, что это я...
Первый контакт «кожа к коже» заставил меня слегка подпрыгнуть, но затем моё тело расслабилось в его руках. Я почувствовала его большую тёплую ладонь на своей голой спине — сначала она едва скользнула по телу, затем крепко прижалась, и вот его руки уже полностью обвили меня, отвечая на объятия. По всей комнате пронёсся хор ахов — все были потрясены, что я первая девушка, к которой Гарри прикоснулся с тех пор, как появился в клубе. Я закрыла глаза, наслаждаясь его тёплым объятием, а он уткнулся лицом в моё плечо, вдыхая мой запах.
Клянусь, в тот момент существовали только мы двое.
Он узнал.
— Какого хрена? Гарри хочет танец на коленях, а не грёбаные объятия! Какая же ты стриптизёрша? — прорычал в негодовании незнакомец, сидевший рядом с нами. Я сильнее прижалась к груди Гарри, зажмурившись и нахмурившись, когда услышала, что мужчина встал у меня за спиной. Он приближался, и я поняла, что он собирается схватить и оттащить меня.
Одна из рук Гарри оторвалась от моего тела, метнулась вперёд и мгновенно схватила мужчину за запястье, прежде чем тот успел до меня дотронуться. Я открыла глаза — по звуку было понятно, как сильно он сжимает. Я обернулась и увидела мужчину, парализованного страхом.
Гарри медленно, почти жутко поднял голову от моего плеча и уставился на него немигающим взглядом.
— Я хочу её.
Эта властная фраза, сорвавшаяся с его проколотых губ, сделала мужчину, беспомощно зажатого в его хватке, совершенно безмолвным. Его трясло на ногах, а затем его грубо отшвырнули прочь. Гарри поднялся с дивана, стремительно подхватил меня на руки как принцессу, и я заглянула ему в лицо.
— Ч-что? — залепетал мужчина, пошатываясь. Телохранители вокруг нас сделали осторожный шаг вперёд, заметив это движение.
— Я сказал, я хочу её, — повторил Гарри более низким, твёрдым голосом, в котором звучала вся власть. Все глазели на нас в шоке.
Не дожидаясь ответа, он развернулся и пошёл прочь от толпы ошеломлённых стриптизёрш и посетителей, продолжая прижимать меня к себе. Затем внезапно остановился, оглянулся через плечо на мужчину, который меня оскорбил, и сказал с абсолютно спокойным выражением лица:
— И она не стриптизёрша.
В его голосе звучала такая леденящая холодность, что, клянусь, половина присутствующих застыла от одного его тона. Я повернула голову и посмотрела на потрясённых Кэнди, Мэгги и Черри — у всех троих челюсти буквально отвисли.
— Меня уволят... — протянула Мэгги, а Черри и Кэнди медленно закивали по обе стороны от неё.
Я послала им ободряющую улыбку, пообещав себе и им, что никогда не позволю их уволить за то, что они заботились обо мне.
На этот раз уже я позабочусь о них.
Гарри продолжал идти со мной в приватные комнаты клуба — те, где ковры пахнут приятно, простыни сатиновые, шторы плотные, а над кроватью зеркала. Он вышиб дверь в первую же комнату, сломав замок, и застыл на пороге, всё ещё держа меня на руках. Парочка на кровати прервала свои ласки и трения, чтобы уставиться на нас.
— Эй, в чём дело? Жди своей очереди! — рявкнул мужчина. Я была благодарна хотя бы за то, что он и стриптизёрша на нём были ещё одеты — до самых сокровенных деталей не дошло.
Гарри не ответил. Он просто посмотрел на них с отсутствующим выражением лица, затем достал свой серебряный пистолет, нацелил его в потолок, держа меня одной рукой, и выстрелил несколько раз — даже не моргнув. Парочка закричала и бросилась с матраса, пулей проскочила мимо нас, оставив комнату в нашем полном распоряжении.
Гарри сдул дым с дула с каменным лицом, убрал пистолет обратно в кобуру и закрыл повреждённую дверь, которая, казалось, вот-вот готова была слететь с петель.
Он поднёс меня к кровати и бросил на матрас, даже не глядя мне в глаза. Молча, он снял пиджак, пока я смотрела на него. Напряжение между нами сгустилось...
Я откинулась на кровать, когда он вдруг бросил мне пиджак прямо в лицо.
— Надень это и прикройся. Я не могу сосредоточиться, чтобы отчитать тебя, когда ты полуголая передо мной на кровати, — пробормотал Гарри, садясь на одно из кресел для двоих на другом конце комнаты. Я села с ошеломлённым видом и накинула его большой пиджак.
— Почему ты злишься? — спросила я с потерянным выражением лица, подтянув колени к груди и положив на них подбородок, нахмурившись.
— Почему ты одета как стриптизёрша? — рявкнул он, вскакивая со стула. Его гнев наконец вырвался наружу, челюсть сжалась от разочарования.
— Ну, я думала, ты в беде, — защищалась я мягким голосом.
— Gesu Chrísto! Ты вечно суёшь свой нос в мои дела! Ты такой ребёнок! — выругался он, дёргая себя за волосы в раздражении. Я нахмурила брови и посмотрела на него снизу вверх.
— Когда ты перестанешь называть меня ребёнком! — повысила я голос в знак неповиновения, крепко вцепившись в его пиджак.
— Когда перестанешь себя так вести! — парировал он, сверкая на меня глазами. Я сузила свои глаза, глядя на его красивое лицо, пусть даже сейчас оно было полно нетерпения и ярости.
— Ну, я не собираюсь извиняться за то, что забочусь о тебе, — твёрдо сказала я, встретив его взгляд своим — из-под маски. Затем сделала маленький выдох и опустила голову.
— Я сделаю всё, чтобы защитить тебя, — прошептала я себе под нос, так тихо, что будь мы в любом многолюдном помещении, он бы меня не услышал.
Но мы были не в многолюдном помещении.
Мы были вдвоём в комнате, только мы двое.
И он услышал меня.
Вид Гарри, падающего на колени передо мной, на секунду шокировал меня. Он смотрел снизу вверх, и выражение чистой нежности и восхищения в его зелёных глазах пригвоздило меня к месту, дыхание участилось. Я никогда не видела, чтобы Гарри смотрел на кого-то так, как он смотрел на меня сейчас.
Он медленно поднял руку, протянул её и развязал ленту, державшую маску на моём лице. Она упала, и его взгляд был устремлён только на мои глаза, когда я открылась ему.
— Анджело поручил мне сегодня охранять одного из своих друзей — ты, наверное, заметила того мужчину, который сидел рядом со мной. Его зовут Виктор Дин, — начал Гарри, его голос был необычайно мягким, затем он медленно перевёл руку к моей, наши пальцы соприкоснулись.
— У меня был прямой приказ от босса — выполнять всё, что захочет мой клиент этой ночью, чтобы отвлечься от мыслей о тебе. Как ты слышала, никто не смог привлечь моё внимание. Они были скучными, — пожал он плечами, хотя в его тоне было что-то, что заставило меня заподозрить, что последнюю фразу он перефразировал на ходу, пока мы касались кончиками пальцев.
— Они не скучные, они очень милые и красивые, и они старались изо всех сил, — заступилась я, вспомнив, как хорошо все стриптизёрши ко мне отнеслись и как они выложились, чтобы угодить ему.
— Кто-нибудь из них привлекает тебя? — допросил он, перебив меня с настороженным видом. Мои глаза расширились от беспокойства в его голосе.
Я не смогла сдержать лёгкого смеха, подарила ему искреннюю улыбку, протянула руку и взяла его точеное лицо в свои ладони. Он моргнул, глядя на меня с чуть растерянным видом.
— Нет, — заверила я мягким голосом, проводя большим пальцем по его тёплой щеке. Его рот на мгновение приоткрылся.
Гарри внезапно схватил меня за руку, убрал её от своего лица и прижал к своей груди. Мои губы приоткрылись от того, как быстро колотилось его сердце под моей ладонью.
— Ты это чувствуешь?
Я чувствовала это.
Как неровно и как быстро билось его сердце.
— Голая женщина может танцевать на мне, и я не почувствую ни позыва, ни искушения, ни вообще никаких эмоций. А ты — всё, что тебе нужно сделать, это улыбнуться, и случается вот это. Это бесит, — процедил он, нахмурившись от лёгкого раздражения, затем издал досадный вздох, продолжая держать мою руку на своей груди, и опустил голову ко мне на колени — он всё ещё стоял на коленях перед кроватью, на которой я сидела.
Он что-то пробормотал себе под нос, а я с любовью улыбнулась ему сверху, проводя пальцами по его волнистым каштановым волосам. Затем он поднял голову и уставился на меня.
— Я сказал, я сдаюсь, — произнёс Гарри с маленькой, задумчивой усмешкой, приподнялся и прижался лбом к моему лбу. Мои волосы коснулись его кожи, и я улыбнулась, а он взял мою руку в свою, переплетая наши пальцы.
— Малу! Выходи, где бы ты ни была! — пропел знакомый голос фальшивой нотой, и тут дверь в нашу комнату сорвалась с петель, развалилась и с громким грохотом рухнула на пол, явив нам растерянного Спенсера с занесённым кулаком в позе для стука.
— Клянусь, я едва прикоснулся, — сказал он, когда мы на него уставились, а затем его карие глаза расширились от узнавания, когда он увидел моё лицо.
— Малу! Я нашёл тебя! — отпраздновал он, раскинув руки.
— Спенсер! — позвала я его таким же радостным тоном, тоже поднимая руки в воздух. Гарри закатил глаза и поднялся на ноги.
— Малу!
— Спенсер!
— Я на тебя злюсь, потому что ты меня не встретил! — воскликнула я, сохраняя жизнерадостный тон. Он улыбнулся.
— Ну, а я злюсь, потому что я тебя искал и звал! — парировал он таким же весёлым голосом, и мы обнялись. Его руки обвили меня, и я была так счастлива найти кого-то, кто любит обниматься так же сильно, как и я.
— Рад, что с тобой всё в порядке... и что на тебе нет штанов, — заметил Спенсер, когда мы отстранились. Его крупные руки в кольцах лежали на моих предплечьях, а затем его широко раскрытый взгляд скользнул по моим голым ногам.
Медленно-медленно его лицо начало наливаться разными оттенками красного.
— Твои ноги выглядят такими гладкими... — благоговейно протянул он детским голосом, поднёс руки к лицу, любуясь ими. Я кивнула.
— Я только что побрила их. Смотри, потрогай, — предложила я, мысленно отмечая, что надо бы дать потрогать свои только что побритые ноги и Гарри, потому что, боже, они были гладкими как масло.
Не успел Спенсер коснуться моей кожи, как из-за меня сзади вынырнул большой, покрытый татуировками кулак и с размаху врезал Спенсеру прямо в челюсть. Тот от неожиданности отшатнулся, и мои глаза расширились от шока.
— Извините, босс, — сказал Гарри с низким, зловещим смешком, выделив последнее слово с горькой интонацией. Он выглядывал из-за меня, не сводя глаз со Спенсера, который массировал челюсть, пока Гарри хрустнул костяшками, разминая пальцы.
— У тебя на лице муха сидела, — пожал плечами Гарри. Спенсер с досадой потёр ушибленное лицо.
— Её надо смахивать, а не бить! — возмущённо указал Спенсер.
— Ты абсолютно прав, — согласился Гарри с каменным лицом и снова поднял руку.
— Стой спокойно, — продолжил он с садистским блеском в глазах. Я схватила его за запястье, останавливая и заслоняя собой путь к Спенсеру.
— Хватит, пожалуйста, Гарри. Это он вообще сказал мне, что ты будешь здесь. Ты должен быть к нему снисходительнее, — защитила я его, заметив, как по лицу Гарри промелькнула тень эмоции, прежде чем он вернулся к своему обычному каменному выражению.
— Ладно, — процедил Гарри, вырывая руку из моей хватки и бросая на Спенсера последний мимолётный взгляд.
— Мне нужно переговорить с Виктором и увести тебя отсюда, neonata. Сделай так, чтобы он не натворил глупостей, — приказал он, кивнув на Спенсера, который почти спрятался за моей спиной. Затем Гарри вышел из комнаты, небрежно перешагнув через сломанную дверь на полу.
Я удивлённо обернулась на тихий смех Спенсера.
— Он действительно любит тебя, да? — вздохнул Спенсер, выпрямился и заложил руки за голову. Мы оба уставились на дверной проём.
— Что ж, мне хотелось бы надеяться. Всё, что я знаю — я люблю его, несмотря ни на что. Он может казаться жёстким снаружи, но внутри он настоящий мягкий, — заступилась я за Гарри. Спенсер перевёл на меня взгляд, на его лице появилась очаровательная усмешка.
— Знаешь, Анджело рассказал мне, на что отправил Гарри, после того как ты ушла. Так я и узнал, где будет Гарри, — объяснил он, положив руку на широкое плечо и расслабленно покатывая его, чтобы снять напряжение в мышцах. Я посмотрела на него.
— Твой бывший босс действительно хочет сделать всё возможное, чтобы вас разлучить. Невероятно, — продолжил Спенсер, и его лицо стало серьёзным — таким я его никогда не видела. Он задумчиво провёл языком по нижней губе.
— Моя девушка и я тогда тоже не должны были быть вместе, но у нас всё получилось, — усмехнулся он воспоминаниям и подмигнул мне с озорным видом. Я улыбнулась его игривости, а его карие глаза засверкали при упоминании этой женщины.
— Я буду хорошим боссом для вас двоих. Особенно для тебя, — заверил Спенсер, поворачиваясь ко мне. Затем он начал расстёгивать ремень, и улыбка на моём лице слегка померкла от недоумения.
Одним быстрым движением он снял ремень, затем стянул брюки, шагнул из них, оставшись в одних трусах в сердечко, и протянул мне предмет одежды.
— Держи, возьми. Я могу защищать тебя так же хорошо, как и ты меня, — объяснил он с искренней, ямочковой улыбкой, предлагая мне свои штаны. Я удивлённо моргнула.
— А как же ты? И, кстати, мне нравятся твои трусы, — похвалила я, нерешительно принимая штаны, когда он продолжил настаивать. Он потрепал свои взлохмаченные русые волосы.
— Не волнуйся, здесь многие парни оставляют свою одежду. Я что-нибудь найду, — сказал он, ободряюще похлопав меня по плечу. Я рассмеялась и обняла его, застав врасплох.
— Спасибо, — просияла я, быстро натянув штаны неуклюже, попрыгав на месте, пока не оказалась в этой огромной одежде не по размеру. Нижний край штанов волочился по полу, потому что Спенсер был намного выше меня.
— Я пойду проверю Гарри. Ты уверен? — попыталась я удостовериться, следя за его реакцией. Он кивнул, уже оглядывая комнату в поисках штанов для себя.
— В полном порядке. Я буду через секунду, — заверил Спенсер с утешительной улыбкой и показал большой палец. Я улыбнулась, вышла из комнаты и пошла, шаркая ногами по ковру, как паровозик, стараясь не поднимать ноги, чтобы не споткнуться об огромные штаны. Я придерживала их за пояс, всё ещё в пиджаке Гарри, и вернулась в VIP-лаунж.
Виктор заметил меня первым, поднял взгляд от своего алкогольного напитка и послал мне грязную усмешку, а затем Гарри обернулся и тоже увидел меня.
— А смотри-ка, твоя маленькая овечка вернулась к тебе, — пропел Виктор покровительственным тоном, откинувшись на диванные подушки. Мы с Гарри продолжали стоять на ногах, нависая над ним.
— Ей здесь не место. Я увожу её домой, — сообщил Гарри суровым голосом. Виктор метнул в него свои чёрные глаза с раздражённым выражением.
— Я так не думаю, красавчик, — прошипел Виктор ядовитым тоном, крутя напиток в своей покрытой шрамами руке.
— Я нанял тебя охранять меня всю ночь. Не до тех пор, пока сюда не заявится твоя подружка и не спустит тебя. Не забывай, что ты слушаешься меня, пока Новый год не кончится. Там снаружи люди, готовые перерезать мне глотку, и я не собираюсь оставаться без защиты, — прорычал он, и тревога в его слегка дрожащем голосе противоречила его невозмутимому взгляду. Мы с Гарри переглянулись.
Я ничего не могла сделать. Гарри был нанят на ночь, и я не могла вмешиваться в его миссию больше, чем уже вмешалась.
Я повернулась к расстроенному Гарри, открыла рот, чтобы сказать ему, что со мной всё будет в порядке, как вдруг мой взгляд уловил движение — тень, маячившую в темноте напротив нас. Я недоверчиво прищурилась, а затем увидела блеск пистолета.
Гарри заметил моё выражение лица и посмотрел туда, куда был устремлён мой взгляд. Мы оба двинулись, чтобы действовать, и всё замедлилось.
Тёмная, укрытая фигура подняла оружие, нацелившись прямо в Виктора. Моё тело двинулось само собой, прежде чем я успела подумать.
Это был тот же приём, что мы с Гарри использовали в первом задании: Гарри утягивает клиента на землю для защиты, а я бросаюсь вперёд, используя своё тело как щит от пули.
Но на этот раз всё было иначе.
Я услышала звук выстрела, разнесшийся по воздуху, и шагнула перед Виктором, но меня вдруг сбила с ног сильная, подавляющая сила.
Крик и вопли пронзили клуб. Началась хаотичная давка — перепуганные люди бежали к выходам. Я моргнула в оцепенении. Надо мной было тело, прижимавшее меня к полу. Мой взгляд сразу метнулся к Виктору — он панически ругался, из его плеча сочилась кровь от пули, пронзившей кожу.
Мои широко раскрытые глаза наконец поднялись к Гарри, который был на мне сверху. Я поняла: он защитил сначала меня, а не нашего клиента. Мои губы приоткрылись от шока, а он смотрел на меня сверху с беспокойством.
Нас учили, что самый важный человек — это клиент. Что мы всегда ставим безопасность клиента превыше всех остальных, даже превыше собственной.
— Гарри... ты должен был спасти самого важного человека в комнате, — выдавила я в тревоге, моя грудь тяжело вздымалась. Я моргнула, глядя на него снизу с растерянным и расстроенным выражением, пока вокруг царил хаос. Его хватка на моих запястьях усилилась, и он открыл рот.
— Так и сделал.