Глава 49: Горизонт Гамма-всплесков
Тишина в кабинете смотрителя была густой, почти осязаемой, нарушаемой лишь шелестом бумаг и мерцанием голубоватого света от тактического стола-монитора. За его пределами Убежище жило своей жизнью: гул генераторов, отдаленные голоса, шаги по металлическим трапам. Но здесь, в эпицентре стратегического планирования, царили только они двое — Эрен и Армин.
Они изучали детальную карту всего Бостонского региона, на которую теперь в реальном времени накладывались данные с перехваченных каналов Братства. Синие и красные метки, обозначающие патрули и объекты врага, медленно ползали по знакомым руинам.
— Их активность смещается к северо-востоку, — Армин указал на скопление меток у старого завода. — Похоже, они прочесывают индустриальную зону. Вероятно, ищут скрытые входы или пытаются найти следы нашей активности в старых данных.
Эрен молча кивнул, его взгляд скользил по карте, выискивая закономерности, слабые места. И вдруг его внимание зацепилось. Не за синие метки Братства, а за огромное пятно на юго-западе, отмеченное на карте тревожным желто-красным цветом и старым, полустертым названием: «Светящееся море».
— Армин, — Эрен прикоснулся пальцем к этому месту, и карта тут же увеличила масштаб. — Это...
— Радиоактивная пустошь, — тихо подтвердил Армин. — Эпицентр нескольких ядерных ударов. Уровень радиации там зашкаливает даже для самых выносливых мутантов. Ни Братство, ни рейдеры, ни кто бы то ни было не суются туда. Это самоубийство.
— Или идеальное укрытие, — задумчиво проговорил Эрен. Его глаза сузились, глядя на ядовитое пятно на карте. — Ты говорил, что «Сыны Атома» поклонялись радиации. Считали её очищением. Их база была в Обсерватории, на окраине. Но что, если это была лишь внешняя церковь? Что, если их настоящее святилище... там?
Он ткнул пальцем прямо в центр «Светящегося моря».
— Это... возможно, — Армин задумался, его аналитический ум тут же начал обрабатывать новую гипотезу. — Логично. Место, куда никто не полезет. Где радиация — естественный щит. Если у «Сынов» были технологии для выживания в таких условиях... или если они были достаточно фанатичны, чтобы считать смерть от облучения благословением... Да, это идеальное место, чтобы скрыть что-то действительно важное.
— Мы думали, что разгромили их, — голос Эрена стал жестче. — Но мы разгромили лишь их форпост. Их боевой отряд. А что, если их лидеры, их главные фанатики, их планы — всё это спрятано там, в этом море? Пока мы смотрим на Братство, они могут восстанавливать силы прямо у нас под носом.
Он отодвинулся от стола и начал мерить шагами небольшой кабинет.
— Братство — прямая угроза. Сильная, предсказуемая в своей силе. Но «Сыны»... их угроза другого рода. Идеологическая. Безумная. И поэтому непредсказуемая. Мы не можем позволить им оправиться.
— Но как проверить? — Армин скептически покачал головой. — Ни один из наших скаутов не выживет там дольше получаса. Даже в самом лучшем противорадиационном костюме, который мы можем собрать.
Эрен остановился у стола, его взгляд упал на отчет о трофеях с Обсерватории.
— «Сыны» поклонялись атому. У них были технологии, связанные с радиацией. Медикаменты, устройства... Что, если мы найдем то, что позволит нам ненадолго заглянуть туда? Хотя бы на разведку.
Он посмотрел на Армина, и в его зеленых глазах загорелся знакомый огонь — огонь одержимости, смешанной с холодным расчетом.
— Мы не можем игнорировать эту возможность, Армин. Пока Братство ищет нас на севере, мы должны узнать, что скрывается на юге. Возможно, самая большая угроза нашему дому вовсе не ходит в силовой броне. Она тихо светится в темноте, всего в нескольких десятках километров отсюда.
Армин вздохнул, снимая очки и протирая глаза. Он ненавидел непроверенные данные, но логика Эрена была безупречной.
— Хорошо. Я изучу все данные с Обсерватории еще раз. Вдруг мы что-то упустили. И проверю, можно ли модифицировать наши датчики для сканирования на таком расстоянии. Но, Эрен... — он посмотрел на друга с серьезным выражением лица, — это огромный риск. Даже думать об этом.
— Я знаю, — тихо ответил Эрен, снова глядя на ядовитое желто-красное пятно на карте. — Но иногда самый большой риск — это бездействие. Мы должны видеть всю доску, Армин. Даже если некоторые её клетки светятся в темноте.