Глава 27: Пиво и откровения

Глубоко в техническом отсеке Убежища 104, за стеллажами с запасными частями и старыми схемами, стоял ящик, известный только своим создателям. Жан отодвинул пару коробок и с торжествующим видом достал оттуда две бутылки тёмного, мутного пива — собственного производства, гордо названного им «Единорожья Моча».

— Для особых случаев, — провозгласил он, протягивая одну Эрену.

Тот принял бутылку, скептически разглядывая содержимое.
— Особых случаев вроде «мы все ещё живы»?

— Именно, — Жан щёлкнул открывашкой и с шипением сорвал крышку. — Сегодня как раз подходит.

Оприходовав и свою бутылку, он плюхнулся на старый диван, выдранный когда-то из-под завалов. Эрен прислонился к стеллажу напротив. На несколько минут они просто молча пили. Густой, горьковатый напиток был далёк от совершенства, но он был своим. Как и это затишье после бури.

— Чёрт возьми, — наконец выдохнул Жан, глядя на потолок. — Всего несколько дней, а кажется, что прошла вечность. Братство, «Сыны Атома», эта твоя ледяная королева... Марсель в камере, Гарт в другой... У нас тут настоящий зверинец собирается.

Эрен усмехнулся, делая очередной глоток.
— Сам напросился.

— Ага, конечно, — Жан фыркнул. — Как будто у меня был выбор. Сказать «нет» тебе — всё равно что пытаться остановить ядерный шторм силой мысли.

Он покачал головой, и его взгляд стал серьёзнее.
— Серьёзно, Эрен. Иногда мне кажется, что ты слишком многого хочешь. Слишком далеко забираешься. Но... — он вздохнул, — чёрт побери, ты почти всегда оказываешься прав. Даже в своём безумии есть своя, долбанная, логика.

Эрен смотрел в свою бутылку, словно в ней были ответы на все вопросы.
— Я просто делаю то, что должен. Чтобы мы выжили. Чтобы всё это, — он сделал широкий жест, включая в него всё Убежище, — не превратилось в пыль.

— Знаю, — Жан кивнул. — Просто иногда хочется, чтобы ты был чуть менее... Эреном Йегером. — Он помолчал, а затем ухмыльнулся. — Но тогда было бы скучно. И, наверное, страшнее.

Он поднял свою бутылку.
— За то, чтобы ты и дальше оставался засранцем. Потому что ты мой друг, Эрен. Второго такого засранца я не найду.

Эрен фыркнул, и на его лице впервые за долгое время появилась настоящая, не вымученная улыбка.
— Приятно слышать это... рожа единорожья.

Они звонко чокнулись бутылками. Алюминий встретился с глухим стуком, и они залпом выпили остатки тёплого, горького пива.

— Гадость редкая, — констатировал Эрен, ставя пустую бутылку на пол.

— Но наша, — с удовлетворением закончил Жан.

Они сидели в тишине, слушая отдалённый гул генераторов. За стенами этого маленького убежища их ждали войны, тайны и предательства. Но здесь и сейчас, в компании друга и пустой бутылки, был миг покоя. И они оба знали — такие моменты дорогого стоят. Их нужно ценить. Потому что завтра всё могло снова рухнуть.