11

Лу Сюнь не мог сомкнуть глаз!
Радость, которую он только что впервые в жизни познал, была безжалостно отнята. Его лишили этого удовольствия.
​Конечно, чисто теоретически, он мог бы найти кого-то другого для «взаимопомощи» и продолжать наслаждаться процессом. Но стоило Лу Сюню представить это на секунду, как его лицо позеленело от ярости.
Чтобы его трогал какой-то другой парень? Тошнота подступила к горлу. Гадость несусветная.
Только Е Яо не вызывал у него отвращения — ведь они лучшие. Только Е Яо мог подарить ему ту самую радость.
​Лу Сюнь осторожно пошевелился, прижимая спящего друга еще крепче, и уткнулся носом в его шею, вдыхая знакомый запах. Увидев однажды прекрасный пейзаж, разве можно добровольно согласиться вернуться в серую пустыню?
«Супруги? Ха! С какой стати какому-то "супругу" будет позволено делать то, что запрещено мне? Где логика?»
​Интуиция Лу Сюня, когда дело касалось Е Яо, была острее бритвы. Он снова глубоко вдохнул аромат его кожи. Он чувствовал... Е Яо ускользает. Е Яо выстраивает барьеры. Е Яо не хочет, чтобы они становились еще ближе.
​В последующие несколько дней Лу Сюнь был чернее тучи. При Е Яо он старался сдерживаться, но стоило ему остаться одному, как вокруг него сгущалась такая тяжелая аура, что однокурсники боялись даже садиться рядом.
​В тот вечер у Лу Сюня были пары, а у Е Яо — гора домашних заданий, поэтому они разделились. После занятий, по пути в общежитие, Лу Сюню позвонили. Это была его мать.
Лу Сюнь нахмурился и отошел в безлюдное место, чтобы ответить. После дежурных приветствий госпожа Лу перешла к делу:
— Лу Сюнь, я слышала... Сяо Е на днях пошел на встречу с девушкой, но не успели они и парой слов перекинуться, как ты прилетел и прогнал бедняжку?
​Лу Сюнь вскинул бровь и презрительно усмехнулся: — И кто это у нас такой болтливый?
— Ты просто ответь: было или нет? — рассердилась мать.
— Было. И что с того? Он сам сказал, что не планирует отношений до выпуска, — отрезал Лу Сюнь.
​Он ответил с такой непоколебимой уверенностью, что госпожа Лу на мгновение потеряла дар речи. Придя в себя, она продолжила:
— Тебе не кажется, что это было крайне невоспитанно?
— Я никогда не претендовал на звание джентльмена, и вы знаете об этом лучше всех — мы же двадцать лет знакомы, — Лу Сюнь усмехнулся, но тут же стал серьезным. — Не вмешивайтесь в это. Я не собираюсь спокойно смотреть, как он ходит на свидания.
​Снова долгое молчание в трубке. Наконец, мать спросила тихим голосом:
— Лу Сюнь... тебе нравится Сяо Е? Ты хочешь с ним встречаться? Скажи маме правду, я не стану тебя ругать.
​Лу Сюнь мгновенно вспыхнул от негодования:
— Даже вам не позволено так очернять наши чувства!
Разве можно называть их глубокую связь таким мелким и пошлым словом, как «встречаться»?
​Мать: «……»
«Кого же я вырастила...» — подумала она.
— Лу Сюнь, даже у святых есть предел терпения, — вздохнула она. — У дружбы должны быть границы. Если ты будешь так его контролировать, однажды Сяо Е просто не захочет больше иметь с тобой дела.
​Лу Сюнь промолчал.
— Тебе это не понравится, но я хочу, чтобы ты подумал. Не доводи до того, что вы перестанете быть друзьями и станете врагами.
​Лу Сюнь поднял голову к фонарю, заливающему аллею оранжевым светом, но этот свет не согрел его резкие черты лица. Отстранение Е Яо, его отказ... неужели это потому, что он слишком давит? Потому что он переходит границы и это злит Е Яо?
Лу Сюнь криво усмехнулся:
— Вы правы. Я не могу допустить... чтобы он меня возненавидел.
​Лу Сюнь не пошел в общежитие. В душе было паршиво, а он не хотел вываливать этот негатив на Е Яо. Он решил просто побродить по окрестностям. Написав Е Яо, что задержится по делам, он вышел за пределы кампуса. Университетский городок находился в тихом районе, и Лу Сюнь широкими шагами мерил пустые тротуары, пытаясь выветрить злость физической нагрузкой.
​Через какое-то время он остановился и обернулся. За ним шли трое. Типичные мелкие сошки в солнечных очках ночью, с закатанными рукавами, открывающими дешевые татуировки.
​— Опа, а паренек-то нас заметил.
— С такой рожей у тебя явно водятся деньжата, а? Одолжишь братьям на опохмел?
— Только не втирай нам, что пустой. Кроссовки на тебе стоят как почка. Выворачивай карманы!
​Лу Сюнь чуть не расхохотался. Когда на душе кошки скребут, судьба подкидывает тебе живые боксерские груши — идеальный способ выпустить пар.
— Какой сейчас год? Кто носит с собой наличку? — лениво протянул он.
— Нет нала — сканируй код! Переводи всё, что на карте! — рявкнул главарь.
​Лу Сюнь с улыбкой достал телефон: — Ну, доставайте свои мобилы, буду сканировать.
— Вот это по-нашему, по-хорошему, — главарь подошел вплотную. — Сканируй вот этот... А-а-а-а!
​Лу Сюнь резко впечатал колено ему в живот. Удар, крик, и через секунду гопник уже летел через плечо на асфальт. Двое других замялись — то ли лезть в драку, то ли бежать. В итоге они не смогли ни того, ни другого: через пару минут все трое валялись на земле, поскуливая от боли.
​Лу Сюнь наступил одному на спину, и ему сразу полегчало. Глядя на этих неудачников, в его голове созрел план. Он не может запрещать Е Яо общаться с другими — это вызовет протест. Но что, если сделать так, чтобы Е Яо сам захотел быть рядом и не думал ни о каких свиданиях?
Например... если он, Лу Сюнь, пострадает и ему будет нужна круглосуточная помощь?
​От этой мысли по телу пробежала волна возбуждения, пальцы задрожали. Он специально растрепал одежду, выбрал удачный ракурс и сфотографировал место побоища. Отправить — Е Яо.
Телефон зазвонил почти мгновенно.
​— Да... на меня напали... сказали, выгляжу богатым, — Лу Сюнь тяжело дышал в трубку, имитируя боль. — Я давно не тренировался, решил вот пробежаться на ночь глядя, и тут...
​Голос Е Яо, полный тревоги и заботы, разлился медом по сердцу Лу Сюня. Даже эти придурки на земле стали казаться ему симпатичными. Е Яо волнуется за него — что может быть лучше?
— Их было много, — тихо сказал Лу Сюнь. — Я отбился, но, кажется, прилетело. Нога болит, не могу идти. Заберешь меня?
​Услышав безоговорочное согласие, Лу Сюнь победно улыбнулся.
— Да, скидываю геолокацию.
​Завершив звонок, он посмотрел на ошарашенных гопников и мгновенно сменил тон на ледяной:
— На что уставились? Валите отсюда, пока я вам добавки не прописал!
— Уходим, уходим!
​Когда помехи исчезли, Лу Сюнь подошел к дереву. К приходу Е Яо ему нужно было «организовать» себе травму. Что-то достаточно серьезное, чтобы Е Яо за ним ухаживал, но не слишком хлопотное, чтобы тот не переутомился. Нужно соблюсти баланс.
Тогда он сможет официально «продавать несчастье», виснуть на плече Е Яо и продолжать углублять их чувства.
​Глава 12
​Когда Е Яо добрался до места, он увидел Лу Сюня, сидящего на камне с низко опущенной головой. Сердце Е Яо сжалось. Он бросился к нему:
— Ты как? Где болит? Я вызвал такси, поедем в больницу, потерпи немного!
​Лу Сюнь выглядел как герой после тяжелой битвы, но всё равно нашел силы улыбнуться:
— Всё норм, не паникуй. Так, царапины.
​Е Яо не поверил. В такси он первым делом начал осматривать ногу — Лу Сюнь жаловался именно на неё. На колене темных брюк была грязь и пыль, явно от удара.
Е Яо осторожно закатал штанину и охнул при виде сбитого в кровь колена и начинающего наливаться синяка. Тот, кого в университете звали «холодным горным цветком», сейчас хмурился от боли и беспокойства за друга:
— Когда приедем, я донесу тебя в приемный покой на спине. Не смей наступать на ногу.
​— А? — Лу Сюнь опешил и тут же запротестовал. — Нет-нет, я сам дойду.
Он повредил ногу, чтобы иметь повод опираться на Е Яо и прижиматься к нему, а не для того, чтобы бедный Е Яо тащил его тушу на себе. А вдруг Е Яо надорвется? Он же сам потом с ума сойдет от жалости!
— Всё не так страшно, я чувствую. Буду опираться на тебя, допрыгаю как-нибудь. К тому же, если ты меня потащишь, это будет выглядеть позорно. Мне же нужно держать лицо!
​Е Яо и злился, и хотел смеяться одновременно: — Ты в такой момент думаешь о «лице»?
— Конечно, — Лу Сюнь поправил штанину и приобнял Е Яо за плечи. — Вот так обниму тебя и дойду.
​Е Яо посмотрел на его руку и снова замер. На костяшках пальцев Лу Сюня тоже была содрана кожа — след от драки. Видя, что Е Яо снова мрачнеет, Лу Сюнь поспешил заверить:
— Только эти два места, честно! Больше нигде не болит.
​Е Яо не поверил на слово и сам провел быстрый осмотр. Убедившись, что серьезных травм нет, он выдохнул. До больницы оставалось еще минут пятнадцать. После драки и стресса Лу Сюнь должен был чувствовать себя истощенным.
— Устал? Хочешь прилечь? — тихо спросил Е Яо.
Лу Сюнь был немного брезглив и не горел желанием ложиться на сиденье такси, через которое прошли сотни людей. Он уже хотел отказаться, но увидел, как Е Яо похлопал себя по бедрам.
​Лу Сюнь мгновенно понял намек.
​📝 Заметки к переводу
​卖惨 (mài cǎn) — «Продавать несчастье». Сленговый термин, означающий поведение, когда человек преувеличивает свои страдания, чтобы вызвать жалость и внимание. Лу Сюнь — мастер этого дела.
​人肉沙包 (rénròu shābāo) — «Живые мешки с песком». Так называют людей, которых используют для битья или тренировок. Лу Сюню невероятно повезло встретить грабителей в такой удачный момент.
​吸一口气 (xī yī kǒuqì) — «Вдохнуть (запах)». Лу Сюнь буквально «зависим» от запаха Е Яо. В китайских новеллах это частое описание химии между героями, где один находит запах другого успокаивающим и необходимым.
​Разница в восприятии:
​Для Е Яо: Это трагедия, лучший друг пострадал, защищая свою честь.
​Для Лу Сюня: Это отличная инвестиция в будущее! Немного боли в обмен на 24/7 внимания Е Яо.