36.

Жаль, что у него не было ни единого шанса — Лу Синь действительно был натуралом до мозга костей.

Лу Синь решил, что его усилия приносят плоды, и поспешил закрепить успех:
— Вот именно, без высокого духовного родства это всё не то. К тому же, мужчины для этого вообще не приспособлены, природа не для таких дел это место задумывала. Тебе же самому будет тяжело, ну куда это годится?
Заметив, что Е Яо слушает спокойно, Лу Синь решился на главный вопрос:
— Давай просто перестанем любить парней, а? Пожалуйста.
Е Яо вздохнул.

Он примерно понимал ход мыслей Лу Синя. Тот, скорее всего, считал, что если Е Яо и гей, то только «сверху», и всё отличие от натурала лишь в поле партнера. Неудивительно, что Лу Синь так быстро это проглотил.

Но посмотрев этот фильм, Е Яо окончательно убедился — это не про него.

Если он сейчас скажет правду, Лу Синь сбежит, сверкая пятками.
Что ж, так даже лучше. Тогда ему не придется больше мучиться, скрывая свои чувства.

— Будет мне тяжело или нет... не мне об этом думать, — медленно произнес Е Яо. — Об этом должен думать другой человек.
Лу Синь замер:
— ...В смысле?

— Ты всё перепутал, Лу Синь, — буднично бросил Е Яо. — Мне нравится быть снизу.

Лицо Лу Синя в мгновение ока стало абсолютно пустым. Он в ступоре уставился на Е Яо, а кончики его ушей почему-то начали медленно заливаться краской.

Е Яо молча встретил его взгляд. Он видел, как Лу Синь пришел в себя, резко вскочил и, охваченный паникой, буквально вылетел за дверь.

Оставшись один, Е Яо посидел немного в тишине. Он выключил фильм, всё еще игравший на телефоне Лу Синя, встал и вышел из квартиры.

Скорее всего, Лу Синь больше не придет.

Закрывая дверь, Е Яо вспомнил лицо друга перед побегом.
Уходя, Лу Синь был так возмущен, что даже покраснел.

Глава 32
Вернувшись к себе, Е Яо заварил чаю.

Вдыхая тонкий аромат, он пытался разобраться в своих чувствах — было грустно, но как-то странно спокойно.

Уход Лу Синя был предсказуем. Они дружили столько лет, и осознавать, что этой связи конец, было больно. Глупо было бы отрицать.

Но вместе с тем пришло облегчение — всё наконец-то определилось.

Больше не нужно ломать голову, как отдалиться, не нужно идти по тонкому канату, боясь сорваться в любой момент.

Перед экзаменами он всегда говорил себе: если попадется нерешаемая задача — не паникуй. Ты сделал всё, что мог, и если не вышло, винить себя не в чем.
Вот и с Лу Синем так же. Всё кончено, но он боролся за эту дружбу до последнего.