32. Ловушка захлопнулась
музыкальная рекомендация (Waiting Game -BANKS)
pov's Eliza
Каждый удар лопаты над моей головой отзывался в теле болезненной дрожью, но когда земля содрогнулась от утробного рёва эвакуатора, моё сердце окончательно ушло в пятки. Мне было страшно. Так страшно, что этот ужас парализовал меня изнутри, выжигая остатки кислорода в лёгких. Гроб ходил ходуном, и с каждым движением деревянной коробки чёрная гадюка на моей груди напрягалась всё сильнее.
Её плоская, уродливая голова покачивалась в считанных сантиметрах от моего лица. В тусклом, дрожащем луче фонарика, который я судорожно сжимала связанными за спиной руками, её глаза-бусины отливали мёртвым блеском. Из приоткрытой пасти то и дело вырывался раздвоенный язык, ловя моё бешеное дыхание. Она была готова атаковать. Один неверный шорох сверху - и её клыки вонзятся мне в шею.
- Ты слышишь меня, Элиза?! - этот оглушительный, сорванный крик Тома, пробившийся сквозь щель в крышке, заставил меня судорожно распахнуть глаза. - Ты слышишь меня, маленькая моя?! Я тебя вытащу! Слышишь? Том здесь! Ещё немного, потерпи, сука, только не шевелись! Смотри на меня!
Я смотрела. Захлёбываясь слезами, искусав губы в кровь от парализующего ужаса, я ловила его дикий, сумасшедший взгляд через расширяющуюся прорезь в досках. Он был в бешенстве. Его лицо было испачкано в грязи, но в его глазах, помимо ярости, я впервые увидела то, чего никогда не ожидала там встретить - дикий, первобытный страх за меня.
А затем всё произошло за какую-то долю секунды.
Наверху что-то пошло не так. Раздался резкий хруст ломающегося дерева, змея сделала молниеносный, смертоносный выпад вперёд, и я в панике зажмурилась, приготовившись к укусу. Из моего горла вырвался истошный, захлёбывающийся крик. Но боли не последовало. Вместо этого раздался утробный, животный рык Тома, тяжёлый глухой удар и свист рассекаемого воздуха.
Когда я открыла глаза, крышка гроба с треском разлетелась в щепки. Дневной свет, яркий и режущий, хлынул в мою подземную тюрьму, ослепляя меня.
Том тяжело, хрипло дышал, стоя надо мной на коленях. Его левая рука была в крови, но он даже не смотрел на неё. Одним резким, мощным движением правой руки он полоснул охотничьим ножом по верёвкам на моих запястьях, а затем освободил мои затекшие ноги. Путы упали на дно ящика.
Прежде чем я успела осознать, что жива, сильные, широкие руки Тома мёртвой хваткой вцепились в мои плечи. Он с силой рванул меня вверх, буквально вырывая моё тело из этой проклятой земляной могилы.