46. Сквозь тень в свободу
музыкальная рекомендация (I Ran -Hidden Citizens)
pov's Eliza
Тишина в поместье Каулитца наступала глубокой ночью, но это была не та мирная, убаюкивающая тишина, которой люди наслаждаются в своих теплых домах. Это было мёртвое, удушливое затишье перед новой бурей, когда даже стены огромного особняка, казалось, замирали в ожидании очередного проявления жестокости своего хозяина.
Том лежал на спине, раскинув правую руку поверх темного покрывала. Его тяжелое, прерывистое дыхание свидетельствовало о том, что анальгетики и виски наконец подействовали, погрузив Кровавого Льва в глубокий, беспамятный сон. На его бледном лице, подернутом тенями от гаснущего камина, больше не было той хищной, извращенной ухмылки, с которой он несколько часов назад избивал Кристиана в туалете клуба. Серебряный пирсинг на его прокушенной губе тускло поблескивал в темноте. Его левая рука, плотно прижатая к груди жестким черным бандажом, слегка подрагивала - швы после драки явно ныли, но истощенный агрессией и алкоголем организм босса подпольного бокса требовал перезагрузки.
Я сидела на самом краю кровати, боясь сделать даже полноценный вдох. На мне уже не было того проклятого изумрудного шелкового платья, испачканного чужой кровью. Я успела смыть с себя липкие следы его ласк, оттереть до красноты кожу на щеках и бедрах, уничтожая любое напоминание о том позорном, животном отклике, который мое предавшее тело выдало в приватной ложе. Сейчас на мне были простые черные джинсы и свободный свитер, скрывающий шрамы и синяки.
Мое сердце колотилось в грудную клетку так сильно и бешено, что мне казалось, будто этот глухой, частый стук вот-вот разбудит спящего рядом дьявола. Паника, чистая, первобытная паника ледяными иглами прошивала мои нервы, заставляя пальцы мелко дрожать. Это был мой единственный шанс. Марк остался в городе, зачищая следы кровавой бойни Кристиана, охрана по периметру двора расслабилась, а сам Том спал без задних ног. Если я не сделаю это сейчас, завтра поводок затянется на моей шее намертво, и я больше никогда не увижу дневного света.
Я медленно, буквально по миллиметру, повернула голову в сторону прикроватной тумбочки Тома. Там, прямо под тусклым светом гаснущих углей, лежал его массивный черный пистолет - то самое оружие, рукоять которого его правая рука привычно ласкала каждый раз, когда он угрожал мне или Тео. Рядом с тяжелой сталью небрежно брошенной цепочкой поблескивала связка ключей, на которой висел заветный магнитный пропуск от дверей подвального сектора.