Глава 12: «Условия игры»

Морг встретил их тишиной.

Но это была не та тишина, которая бывает в пустых помещениях. Это была тишина ожидания — тяжелая, плотная, как вода перед штормом. Все столы для вскрытий были пусты, холодильники для трупов закрыты, даже тени на стенах замерли, не двигаясь.

В центре морга, на черном металлическом столе, лежал лист бумаги. Такой же, как тот, что Аманда видела в кабинете Фарбера. Но текст был другим.

— Читай, — прошептал голос из ниоткуда.

Аманда взяла лист.

«УСЛОВИЯ ИГРЫ. ФИНАЛЬНЫЙ ЭТАП» .

«В ЖИВЫХ ОСТАЛОСЬ ТРОЕ: АМАНДА, САЙЛОС, ОЛИВИЯ. ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ — ЧАСТЬ КОЛЛЕКЦИИ. ЧТОБЫ ВЫЙТИ, ОДИН ИЗ ТРОИХ ДОЛЖЕН ЗАНЯТЬ МЕСТО "СМОТРИТЕЛЯ" — СЕСТЬ НА СТОЛ ДЛЯ ВСКРЫТИЙ И ДОБРОВОЛЬНО ПРИНЯТЬ В СВОИ ВЕНЫ СТОЛЬКО ВОЗДУХА, СКОЛЬКО ВЕСЯТ ВСЕ МЕРТВЫЕ ПАЦИЕНТЫ (999 ЧЕЛОВЕК). ПОСЛЕ ЭТОГО ДВЕРИ ОТКРОЮТСЯ. ДВОЕ СМОГУТ УЙТИ. ОДИН ОСТАНЕТСЯ НАВСЕГДА» .

Аманда перечитала текст три раза, пытаясь найти лазейку. Но условия были четкими, как скальпель Фарбера.

— Это самоубийство, — сказала она. — Воздух в венах — это смерть. Эмболия.

— Фарбер знает, — ответил Сайлос. — Он хочет, чтобы кто-то умер. Добровольно. Как жертва.

— Почему добровольно?

— Потому что только добровольная жертва может разорвать круг. Если кто-то умирает против воли — его душа остается здесь, в коллекции. Если кто-то выбирает смерть сам — его душа уходит. И забирает с собой тех, кто был принесен в жертву.

— Откуда ты знаешь?

— Я работал здесь. Я видел записи Фарбера. Он искал добровольца годами. Никто не соглашался. Пациенты боялись смерти больше, чем боли.

— А Сайлос? — спросила Оливия. — Ты готов?

Сайлос молчал.

Он стоял у стены, прижавшись спиной к холодному бетону, и смотрел в пол. Его лицо было бледным — не от страха, а от усталости. От той усталости, которая бывает у человека, который слишком долго нес груз, предназначенный для десятерых.

— Я думал об этом, — сказал он. — Каждую ночь последние три года. С того момента, как я впервые увидел пациентов. Я знал, что вернусь. И знал, что не вернусь.

— Ты не обязан, — сказала Аманда.

— Обязан. Я привел вас сюда. Я — причина, почему вы здесь. Если кто и должен заплатить, то я.

— Это не плата, — возразила Оливия. — Это смерть.

— А что такое жизнь? — Сайлос поднял голову. В его глазах блестели слезы. — Я не жил последние три года. Я существовал. Боялся теней, боялся зеркал, боялся собственного отражения. Я не спал без света. Я не ел без оглядки. Я превратился в животное, которое только и делает, что боится. Если я умру здесь, я, может быть, наконец обрету покой.