Боже, как я ненавидела эту женщину

Я всегда знала, что в нашей семье что-то не так, но осознание пришло слишком поздно. Я сидела в своем кабинете, наблюдая за Майклом через стеклянную перегородку. Он выглядел как человек, который медленно превращается в статую — холодный, отстраненный, словно внутри него уже давно ничего не осталось.

Лиззи... Боже, как я ненавидела эту женщину. Она была ядом, медленно просачивающимся в наш дом. Я знала об её фальшивой беременности почти с самого начала. Я видела, как она меняется, как её «токсикоз» странным образом совпадает с вечеринками, где нужно было выглядеть безупречно. Майкл был слишком ослеплен чувством вины за то, что случилось с Хлоей, чтобы заметить очевидное.

— Ты должна молчать, Ханна, — холодно бросила она мне как-то вечером, проходя мимо. — Если Майкл узнает, что я знаю о его походах к родителям Хлои, он уничтожит меня. А если я уничтожу его — ты потеряешь всё.

Она шантажировала его, и я видела, как Майкл медленно гаснет. Но больше всего меня терзала судьба Хлои. Я помню её — живую, искреннюю, ту, что действительно любила брата. А потом — та страшная авария, больница, и слухи о том, что она исчезла. Майкл уверял меня, что она просто «ушла в себя», что ей нужно время. Но я видела, что он врет самому себе.

Сегодня Майкл снова сорвался. Я слышала, как он кричал на детектива по телефону. Он был в ярости, в отчаянии, и в этом было столько боли, что мне стало страшно.

— Майкл, остановись, — я зашла в его кабинет, не дожидаясь приглашения. — Ты разрушаешь себя. Ты ищешь женщину, которая, возможно, хочет, чтобы её оставили в покое.

Он медленно повернулся ко мне. Его глаза были красными от бессонницы.
— Ты не понимаешь, Ханна. Я обязан её найти. Я должен просто... просто увидеть, что она дышит.

— А Лиззи? — я сделала шаг вперед, понизив голос. — Ты ведь знаешь, что она лжет? Ты знаешь, что ребенка нет? Почему ты позволяешь ей держать себя на поводке?

Майкл опустил голову, его плечи дрогнули.
— Она угрожает Хлое. Она знает что-то, чего не знаю я. Она сказала, что, если я уйду, Хлоя не жилец.

У меня внутри всё похолодело. Я всегда считала Лиззи расчетливой стервой, но не думала, что она настолько опасна. Я поняла: мой брат — пленник. Он заперт в особняке, в браке, который он презирает, из-за страха за женщину, которую он сам же когда-то вычеркнул из жизни.