Просто сон или..?Глава 3

Кирилл

Солнце во сне было странным — слишком ярким, почти оранжевым, как на старой выцветшей пленке. Мне снова семь лет. Я сижу в высокой траве на окраине старого сада, где пахнет нагретой землей и дикой мятой.

Рядом со мной— Мирослава. Девочка с растрепанными косичками и звонким смехом, который сейчас кажется мне самым чистым звуком, который я когда-либо слышал. Она увлеченно строит «секретик» из цветных стекол и фантиков, бережно укладывая их в ямку.

— Смотри, Кирилл, если нажать здесь, оно блестит, как сокровище! — шепчет она, не поднимая глаз.

Я улыбаюсь,собираясь ответить, но внезапно слова застревают в горле. Воздух вокруг словно густеет. Смех Мирославы становится тише, хотя её губы продолжают двигаться. Птицы на старой иве замолкают одновременно, как по команде.

Это чувство... как будто кто-то прикоснулся холодным пальцем к его позвоночнику. Взгляд. Тяжелый, пристальный, изучающий.

Я медленно повернул голову. Там, где начинаются густые заросли ивы, ветки едва заметно колышутся, хотя ветра нет. В тени листвы я вижу их.

Два пронзительных голубых глаза.

Они светятся неестественной, ледяной синевой, словно два осколка арктического льда. В этом взгляде нет ни злобы, ни тепла — только бесконечное, пугающее знание. Я чувствую, как внутри что-то откликается. Этот взгляд мне знаком. Я знаю эти глаза так же хорошо, как свои собственные, но память заблокирована, словно тяжелая железная дверь.

— Ты видишь его? — хочу спросить об этом Мирославу, но оборачиваюсь и понимаю, что девочки рядом нет. Вместо неё на траве лежит лишь разбитое стекло их «секретика», и в нем отражается то самое холодное небо.

Человек в тени начинает выходить на свет. Фигура расплывчатая, словно сотканная из дыма, но глаза остаются четкими, пронизывающими насквозь.

«Ты еще не вспомнил?» — раздается голос, который звучит как треск ломающегося льда.

Хочется закричать, броситься вперед, сорвать маску с этого незнакомца, но ноги врастают в землю. Голубые глаза приближаются, становясь огромными, заполняя собой всё пространство сна, пока весь мир не превращается в этот ледяной, узнаваемый и в то же время чужой свет.
Последнее,что я услышал,это слова
«Ну ничего,скоро мы снова встретимся»,а затем звонкий,устрашающий смех