Глава 19 - Дневник
Ливия решила исследовать первый мотель своего прапрадеда. Генри пошёл вместе с ней, но, когда они дошли до дальнего крыла здания, он внезапно исчез, не объяснившись. Ливия остановилась на месте, оглядываясь по коридору, но Генри нигде не было. Сердце её сжалось, но страх быстро сменился решимостью: она знала, что должна продолжить сама.
Ключ в её руке начал нагреваться, как только она подошла к одной из стен. Она провела рукой по поверхности. Пальцы скользнули по старым обоям... и вдруг задели едва заметную неровность. Под бумагой ощущался тонкий прямой край – слишком чёткий для кирпича или штукатурки.
Сердце забилось быстрее.
Она поддела край обоев ногтем. Бумага с сухим треском отошла от стены, обнажая тёмную деревянную поверхность. Под слоем старых обоев скрывалась узкая дверь без ручки.
Как же открыть дверь? – подумала Ливия.
Она огляделась. Коридор мотеля был пуст и безжизнен. И вдруг её взгляд упал на картину, висевшую напротив. Единственная картина во всём длинном коридоре. Это показалось ей странным. Ливия подошла ближе. Пейзаж был тусклым, выцветшим – старая дорога, уходящая в туман. Рама выглядела массивной и слишком тяжёлой для такого простого холста. Она сняла картину с крючка и осторожно перевернула. На обратной стороне, в углублении рамы, был прикреплён крошечный дверной ключик.
Ливия замерла. Ключ в её руке вспыхнул жаром, подтверждая догадку.
Она вернулась к скрытой двери, разорвала обои шире и нащупала в древесине маленькую замочную скважину. Маленький ключ легко вошёл внутрь. Щелчок прозвучал глухо, но отчётливо. Дверь медленно приоткрылась, выпуская запах пыли и старого дерева. Это оказалась потайная кладовая, скрытая здесь почти сто лет назад.
Металлическая коробка стояла в углу, покрытая слоем пыли и ржавчины, как будто ждала именно её. Она пыталась открыть её без ключа – безрезультатно. Но как только ключ коснулся замка, металл поддался и щёлкнул.
Внутри лежали дневник Николаса и странный документ – завещание на мотель для того, кто когда-то найдёт это место и сможет открыть коробку. Дневник был переполнен письмами и записями, адресованными предку Николаса, с подробностями всех людей, которых он когда-либо спас или, увы, не смог спасти.
Ливия читала строки с комом в горле, глаза наполнялись слезами. Внезапно она наткнулась на страницу, где было написано имя: Кейден Харт. Её глаза округлились, а дыхание застыло. Она осторожно продолжила читать – письмо было написано курсивом, словно говорило напрямую ей: