~24~

Лоренцо

Я сидел в аэропорту Рима и ждал своей посадки. К несчастью самый ближайший рейс был только на одиннадцать вечера. Как самый нормальный местный житель можно было вернуться обратно домой и провести это время в ожидании или просто с любой другой пользой, но я точно ненормальный. Уж лучше эти часы я буду наблюдать за суетой других, слушать иностранную речь, отвлекаться таким способом, нежели выжидать в четырех стенах, и думать, что вся эта авантюра - полная хрень.

Написав Алессандро короткое сообщение, что пару дней меня не будет в городе, он пожелал лишь удачи и терпения. Вот это уж точно мне понадобится. Моника с того вечера не берет трубку и не отвечает на смс. Наверное, она обиделась, что Алессандро наглым способом выпроводил её из моего дома. Я написал ей то же самое, как только получил свой билет, но ответа все так же не было.

Я жалею, что вовремя нашего с другом разговора, я не удосужился узнать, какой конфликт произошел между ним и Моникой, ведь со стороны это выглядело очень странно. Возможно, я преувеличиваю и все не так как кажется, но если вспомнить какими словами они бросались друг на друга, и вспомнить как девушка хлопнула дверью, становится несмешно.

Мимо меня шли хорошенькие стюардессы, за собой они катили небольшие черные чемоданы, по середине которых была эмблема их авиакомпании. Они громко смеялись, краем уха я услышал, как они обсуждали нового второго пилота, не переставая нахваливать его внешние данные. Капитан услышав громкий смех своих бортпроводников повернулся к ним, на его лице было написано недопонимание и что-то вроде «вы — лицо нашей авиакомпании, ведите себя сдержанней», но потом все же не удержался и расплылся в широкой улыбке, мотая головой, явно делая уклон на том, что это женщины и их никак не перевоспитать.

На его теле, как влитой, был одет одет благородного синего цвета пиджак, на рукавах красовалось четыре золотистых полоски, громко говоря о статусе.

Взгляд одной из стюардесс упал на меня, видимо увидев мой внимательный взгляд на них, она решили подмигнуть мне и элегантно помахать рукой.

— Девушки, — подумал я, соглашаясь с капитаном, мотая головой.

На моей памяти был у меня случай с одной стюардессой, вроде бы она сопровождала нас из Палермо в Рим. Как же её звали... черт... а, да, Вирджиния! Не могу сказать точно чем я думал в тот момент, когда решил пофлиртовать с ней, но получалось неплохо, раз Теофила вспылила не на шутку, ради этого пришлось сворачивать всю игру и отшить стюардессу.

Если бы Алессандро предложил слетать на его самолете, и та девушка была бы там, получилось бы очень неловко. И увидев меня одного, Вирджиния собрала около себя свою маленькую армию, и они бы выкинули меня за борт, как только самолет набрал нужную высоту. Как у неё ещё хватило терпения, чтобы не вылить на меня целый кофейник и радостно не смотреть, как мою кожу прожигает горячая жидкость.

Все-таки стюардессы одни из самых крепких людей, которы мне предстояло встречать.

***

Время постепенно подходило к одиннадцати. Людей на удивление становилось все больше. Огромные очереди собирались возле входов на посадку, и мой не исключение. Я продолжал сидеть на кресле внимательно разглядывая обстановку возле себя и, так же успевал рассмотреть хоть что-то за окном, но это было практически невозможно из-за зашедшего солнца.

Женский голос несколько раз объявила по громкоговорителю, что посадка на мой рейс заканчивается, и увидев, что очереди почти нет, подошел к стойке регистрации.

— Прошу, проходите, ваше место 3B, — сказала стюардесса до безумия похожая на Вирджинию, что я вздрогнул, указала мне рукой на проход в бизнес-класс и моё место у прохода.

Люди все шли и шли, особенно частно, как на зло, это были семейные пары. Дети вечно липнувшие к своим родителям, что-то лепетали, пока взрослые пытались найти свое место. Особенно мне запомнилась маленькая девочка, в её руках был такой же мишка, который совсем недавно купила Теа. Только у этого была розовая ленточка и бантик на макушке. Златовласая малышка посмотрела на меня и робко улыбнулась. Папа девочки легонько погладил её по плечам, чтобы та продолжала идти. Напоследок она помахала мне лапой своего медведя.

Усевшись поудобней, я прикрыл глаза, пытаясь заснуть, хоть это было не совсем удобно. В громкоговоритель капитан начал проговаривать свою обычную речь, а после экипаж провел инструктаж.

Как только свет в салоне погас, и самолет начал ускоряться, я смог себе позволить закрыть глаза и попытаться поспать этот час. Мне было очень тяжело попытаться сфокусироваться, стараясь не отвлекаться на сильное гудение. Я был готов забросить эту идею и попробовать поспать где-нибудь в другом месте, как сон неожиданно пришел:

Я стоял около незнакомого мне дома. Он был очень большой. Возле него расположились аккуратные и вкусно пахнущие клубы с цветами. На изумрудном газоне было разбросано много игрушек, самых разных: машинки, куклы, совки и ведерки для песка. Я посмотрел по сторонам, в надежде, что сейчас кто-нибудь выйдет и объяснит мне, что здесь происходит, но этого не произошло.

Услышав детский смех внутри дома, я поспешил открыть дверь, как два ребенка, примерно лет пяти-шести, умудрились снести меня с ног, но я вовремя успел удержаться за дверной косяк и не упасть.

— Папочка, ты принес чего-нибудь? — девочка похожая на солнышко взглянула на меня своими лазурными глазами, отчего моё сердце чуть не расплавилось.

Она была точной копией Теофилы с моими глазами, ну почти, только у неё они чуть светлей.

— Тебе лишь бы что! — я перевел удивленный взгляд на мальчика, наверное, он мой сын... Его волосы были такими же светлыми, как и глаза, хотя, когда я присмотрелся, заметил, что они имеют маленькие коричневые крапинки посередине. — Пап, не слушай её!

Ещё недавно я был в самолете, теперь передо мной стоят маленькие дети и спорят. Я осмотрелся вокруг, но никого больше не было. Единственное, что не смогло пройти мимо моего взгляда - дом внутри. Он выглядел как итальянское убранство, то чего я так не хотел видеть у себя в квартире. Много картин и других музейных экспонатов. Если сделать пометку на карте, что здесь музей и поставить детей, чтобы те за вход сдергивали по двадцать пять евро, можно было озолотиться.

— А мама? — неуверенно спросил я.

Может у них её нет, но попытка не пытка. Оба ребенка смотрели на меня хлопая своими глазками. Самой шустрой оказалась девочка. Она схватила меня за руку и повела вслед.

— Мама в спальне, кормит сестренку, — спокойна ответила она.

— Как твое имя? — не удержался я.

Один и второй ребенок молчали. Сколько бы раз я не повторял этот вопрос, ответа так и не получил. Странно все это.

Мы все втроем встали около большой деревянной двери. Девочка нажала на ручку и та открылась. Зайдя во внутрь, я увидел Теофилу. Она сидела, облокотившись на спинку кровати, держа на руке совсем крохотного младенца. Он пытался что-то лепетать себе, а Теа лишь с широкой улыбкой наблюдала за нашим малышом.

Заметив меня, она улыбнулась ещё шире и подозвала меня ближе. Пытаясь выравнять дыхание, я медленно подошел ближе и присел рядом. Кареглазый малыш уставился на меня своими глазками и улыбнулся беззубой улыбкой.

— Можно? — спросил я у Теофилы, и она радостно закивала.

На её безымянном пальце переливался огромный брильянт, мы были женаты. Посмотрев на свою руку, я ещё раз в этом убедился. Странно, что в этом сне кто-то заставил меня надеть кольцо, обычно, я избегаю каки-либо украшений.

Лаского прижав младенца к себе, я вдохнул его запах. Все вокруг выглядело уж слишко правдоподобно, по-другому, я не могу объяснить почему так отчетливо слышал запах детской присыпки.

Теофила продолжала наблюдать за мной, как наша маленькая дочь очень внимательно смотрела на меня, не отрывая взгляда. Она попыталась протянуть мне свою маленькую ручку, и я поцеловал её.

— Когда же мы успели? — Спросил я, не веря, во все это.

— Сама удивляюсь, — честно ответила она.

Пусть это и был сон, очень реальный. Мне было грустно осознавать, что картинка реальности может не походить на то, что будет. Я ещё раз прижал младенца, пытаясь прочувствовать его запах.

— Ты в порядке? — Теофила села возле меня.

Я передал ей ребенка, чтобы она положила его в кроватку.

— Я счастлив, — откровенно сказал я и поцеловал свою жену в губы.

Даже во сне было так прекрасно ощущать её мягкие пухлые губы на своих.

— Я люблю тебя, — тихо произнесла Теофила, смотря прямо мне в глаза.

И черт, я наслаждался ей. Каждым сантиметром её тела, голосом, запахом. Она была моей. Только моей.

Притянув Теофилу к себе ближе, я увалил её на кровать, немного прижимая. Стараясь углубить поцелуй, я нежно сжимал её за бедра, давая сладостному стону сорваться с ее губ.

— Я люблю тебя, — сказал я громче, чем Теа. — Люблю.Люблю.Люблю.

Небольшая турбулентность заставила меня проснуться. Открыв глаза, оказалось, что самолет готовиться на посадку. Я проспал час с небольшим.

Стюардессы ходили по салону и проверяли застегнуты ли ремни безопасности пассажиров, только потом они сами заняли свои места.

Чувство пустоты не переставало покидать меня. Эта семья...Я был женат на Теофиле и мне было хорошо. А дети...почти все, кроме последней малышки были копией их матери. Мне показалось, что мы были по-настоящему счастливы, вся наша большая семья.

Почувствовалось плавное соприкосновение шасси и земли, и активировался реверс. На связь вышел капитан и буднично сообщил, что мы приземлились в аэропорту Турина.

— Сеньоры и сеньориты, добро пожаловать в Турин! Просьба не вставать со своих мест, пока табло «пристегните ремни» не погаснет.

Но нашлась одна женщина, которой на это было по барабану. Она уже готовая со своей ручной кладью стояла в проходе, в то время, как экипаж бортпроводников пытался усадить ее на свои места.

— Сеньора, прошу, займите своё место! Капитан не давал распоряжения вставать, — стюардесса как можно вежливей попросила пассажирку.

Женщина недовольно перевела свой взгляд и хмыкнула,.

— Я сама знаю, когда мне нужно вставать!

— Хотите улететь в конец самолета? — ругань поддержала другая женщина, только она сидела в своем кресле и мирно ждала своего выхода.

— Женщина, успокойтесь, с вами никто не беседовал! — нахамила первая.

Я лишь помотал головой, отказываясь дальше слушать разборки женщин, как стюардесса, намного старше других подошла ко мне. Видимо, она была здесь старшей.

—Сеньор Ди Дио? — обратилась она ко мне, и от неожиданности, я пару раз кивнул головой.

— Что-то случилось? — ответил я вопросом. Было неудивительно, что им известны имена пассажиров, перед каждым рейсом выдается список лиц, присутствующих на борту. Поэтому странным мне это не показалось.

— Сеньор Гуэра попросил пригнать машину к траппу, вы можете уже спускаться, — вежливо сказала она и улыбнулась.

Вот это новость. Нужно будет отблагодарить Алессандро за такую щедрость.

Пытаясь скрыть явное удивление, я вытащил свою сумку с верхней полки и последовал за стюардессой. Она провожала меня с широкой улыбкой, указывая рукой на черную Ауди, прямо перед нами.

— Вот, черт, я, как президент, — подумал я и начал спускаться.

Остальные пассажиры с завистью наблюдали, как я сел в машину и завел двигатель. Больше в чём уверен, что та скандальная мадам ещё больше пришла в ярость от того, что меня выпустили раньше.

Ехав в сторону жилых кварталов, я посмотрел на время, была ночь. Не думаю, что Теофила и Паола обрадуются такому позднему и нежданному визиту. Придется остановиться где-нибудь на ночь или же оставаться в машине. Иных вариантов у меня нет.

***

Теофила.

Подойдя ближе к столу я пыталась понять сон это или нет. А может я умерла и это те моменты которые могли со мной произойти.

Розетта в кружевном платьице сидела у нас за столом и как ни в чём не бывало пила чай. Её глаза ярко загорелись при виде меня, и она улыбнулась. Будет ложью, если я скажу, что не рада видеть её здесь, просто как-то неожиданно. Где-то в глубине своей души я думала, что это будет Лоренцо.

— Теа, как ты? — Розетта коснулась моей руки, большим пальцем она провела по моей коже.

— Стало намного лучше, когда увидела вас! — с широкой улыбкой сказала я. — Не сочтите за грубость, Розетта, но как вы здесь очутились?

Игривый огонек в её глазах разгорелся сильней, и она подмигнула мне, так и ни сказав и слова. Было в этом что-то странное. Хотя, может это мама её позвала? Каждая их встреча в Риме была очень теплой и душевной. Особенно Джульетта сильно укрепила их дружбу.

— Розетта была в Милане, а узнав, что ты совсем недалеко, решила наведаться в гости. Разве не замечательно? — мама поставила перед моим носом, только что приготовленный пирог. От него исходил невероятный сладостный запах. Невольно я громко сглотнула и подтерла слюну в левом уголке рта. Я была очень голодной, ещё чуть-чуть и этого пирога больше не останется. Хотелось съесть все.

Отрезаный кусок уже лежал в тарелке передо мной, но пойдя против всех правил этикета, я отрезала себе кусок горячего, решив, что съем его в первую очередь. Мама наклонила голову на бок и чуть сморщив лоб смотрела на меня. А Розетта усмехнулась и подала мне целую стопку салфеток.

— Спасибо, — сказала я с набитым ртом.

Либо мама с каждым разом готовила все вкусней и вкусней, либо же мои вкусовые рецепторы обострились, и вся еда казалось мне вкусной. Каждый новый кусок во рту взрывался фейерверком. Я не могла переставать стонать от этого гастрономического оргазма. Слишком вкусно.

— Не могу остановиться, просите, — мама и Розетта переглянулись между собой и засмеялись.

На улице послышался шум двигателя. Правда никто не обращал на него внимания, всем намного было интересней смотреть, как я пытаюсь впихнуть в себя пирог и не испачкаться в вишне.

— Вот черт! — выругалась я.

— Не ругаться! — тут же подловила мама и недовольно посмотрела на меня.

Мне стало немного неуютно. Обычно, свой пыл я пытаюсь держать при себе, но как не расстраиваться из-за огромного красного пятна на одежде? Не представляю чем мне придется его выводить, чтобы лонгслив продолжал оставаться белоснежным.

В дверь постучали. Все мы — трое, перевели взгляд на коридор. После появления Розетты здесь, я не удивлюсь, что следом за ней приехала Инес с Джульеттой. Они, как две подружки всегда вместе. Моя сестра отказывается ходить куда-либо без неё.

— Теа, открой дверь, — мама напрочь забыла про пирог, но почувствовав его аромат тут же побежала скорее спасать его. Розетта решила помочь ей и освободила место на столе, чтобы поставить противень.

Небольшое зеркало висело около входной двери. Быстро взглянув в него и кое-как попытавшись скрыть розовое пятнышко волосами, я вздохнула от бессилия. Человек стоящий по ту сторону, наверное подумает, что я неряха и не меняю одежду. С самого детства у меня была чуть ли не фобия. Я могла легко расстроиться если, даже незначительная чёрточка или ниточка торчали там где не надо и пусть, что люди бы никак не смогли её рассмотреть. Видно было мне.

После очередного настойчивого стука, я не спеша открыла дверь и уставилась на гостя.

— Черт тебя возьми, — снова вырвалось у меня, и я закрыла рот рукой.

— Ты опять за свое, Теофила Леоне!? — Кричала мне мама из кухни. — Если мой внук нахватается от тебя брани, не знаю, что сделаю с тобой!

Она с мокрым полотенцем в руках подошла ко мне, и как следует хотела ударить им по голове, чтобы я запомнила — ругаться не хорошо, но вовремя остановилась, увидев Лоренцо на пороге.

Моя душа ликовала. Он здесь. Лоренцо приехал ко мне, как иначе? Значит, он нашел в себе силы простить мой язык. Господи, какое счастье!

Я старалась не подавать особого вида, что готова превратиться в лужицу. Стояла, придерживаясь за дверь, не позволяя себе упасть от волнения.

— Я не вовремя? — спросил Лоренцо. Этот вопрос точно предназначался маме, а не мне.

Он взглянул на меня только раз, как только я открыла дверь. Лишь мне приходилось сверлить его взглядом и напоминать себе об оплошности, которую я совершила.

— Не поверишь, но в этот раз ты как ни всегда вовремя, — сказала мама и перевела на меня тяжелый взгляд.

Я уже знала, что их ожидает за закрытой дверью. Как долго они будут беседовать, обсуждать все условия нашего с Лоренцо брака, лишь бы прийти к одному итогу, который будет устраивать обе стороны.

— Она знает, — губами произнесла я, словив момент, пока Лоренцо с недопониманием уставился на меня.

Он понял меня и нервно сглотнул слюну, хоть потом быстро пришел в себя. Лоренцо не тряпка. Он знает чего хочет и всегда отвечает за свои слова и поступки. Я знаю, у нас все будет хорошо, стоит лишь подождать пока мама не закончит свой допрос и скажет нам, что готова дать своё согласие.

Из кухни вышла Розетта. Наверное, она услышала ещё один знакомый голос и решила проверить показалось ей или нет.

— Лоренцо, сынок! — Розетта крепко-крепкообняла его и что-то шепнула на ухо, что я, к сожалению, не услышала. Лоренцо уверенно кивнул ей и улыбнулся.

— Теа, Розетта, не могли бы вы присмотреть за пирогом, пока мы поговорим с Лоренцо? — Я бросила ещё один взгляд на Лоренцо, он успокаивающе кивнул мне, и повела Розетту вслед за собой. Ожидать вердикта.

Я не знала, знает ли Розетта, что Лоренцо имел причастность к этой беременности, но мне кажется, что самый глупый из всех смог бы догадаться без проблем. Раз мама вдруг решила с ним поговорить.

— Не переживай, милая, с ним все будет хорошо. Лоренцо не тот человек за которого нужно переживать. Они всего-лишь поговорят, — Розетта поставила передо мной ещё один кусок пирога и подлила свежего чая.

Она права. Здесь нет ничего страшного. Тем более, мама не была зла, когда узнала правду, просто расстроилась, что от мафии никак не сбежать. А может она соврала мне? Решила успокоить таким способом, а сейчас за дверью будет рвать и метать.

Сделав глоток чая, я принялась смотреть на настенные часы, считая каждую секунду и ,надеясь, что вот сейчас они выйдут.

***

Лоренцо

Паола завела меня во внутренний садик своего дома. Здесь было ещё больше деревьев, чем на передней части участка. Много лавочек и коробок с семенами. Даже была еле заметная каменистая дорожка, ведущая к выходу.

Женщина пригласила меня сесть на лавочку вместе с ней, но я деликатно отказался, тогда она встала и быстро отряхнула свое платье. Было видно как тяжело ей было собраться с мыслями, начать этот разговор. Я бы мог сказать, что тоже чувствовал небольшой дискомфорт, да, правда чуть-чуть. Мне не было нисколько не стыдно за то, что я сделал. У меня будет семья, разве это плохо? Возможно, Паола смущает, что в роли отца буду выступать именно я, или у неё есть свои веские причины?

— Значит, мы породнимся? — Собрав все свои силы, сказала она. Я удовлетворительно кивнул ей и снова начал ждать. — Я не имею ничего против тебя Лоренцо, меня лишь напрягает сама ситуация, думаю, ты понимаешь это.

— Что вы имеете ввиду? — искренне не понимал я.

— Мой покойный муж был бы крайне разочарован, что его младшая дочь пошла против всех традиций мафии. Завела отношения до брака, вступила в интимную связь с мужчиной, вдобавок забеременела от него! Гоффредо сгорел бы от стыда, и я даже рада, что он не застал этот день. Поверь, без головы осталась бы не только Теофила.

— Я узнал ненамного раньше вас, что это мой ребенок. И я действительно хочу семью. Мы поженимся, и он родится в браке. Они все что у меня есть.

Паола покачала головой, наверное думая, стоит ли доверять моим словам или нет.

— Ты правда готов взять ответственность за мою дочь и внука? Будешь делать все, лишь бы защитить их?

— Я готов поклясться своей жизнью, что ваша дочь будет счастлива. И вам будет не о чем беспокоиться.

Кажется мой ответ, наконец-то удовлетворил Паолу. Она слегка улыбнулась и глубоко вздохнула. Ее взгляд метнулся к машине на которой я приехал. Эту ночь мне пришлось переночевать в машине, потому что мне так и не удалось найти вблизи ни один приличный мотель.

— И когда ты женишься на ней?

Когда? Действительно.

— Думаю, это нужно обсуждать не только нам двоим. Теа должна иметь вес в этом вопросе, по-другому никак.

— Ты прав, — только и ответила она.

Паола немного расслабилась. Она расправила свои плечи и снова выдохнула.

— Я — мать, Лоренцо. Мои дети последнее, что осталось у меня. Не заставляй меня жалеть, что когда-то я отдала руку своей дочери тебе.

— Вам не придется жалеть. Теофила — мое сокровище. Никто не посмеет и пальцем коснуться её.

***

Теофила

Когда в кухню зашли Лоренцо и мама, я отвлеклась от очередного разговора с Розеттой и встала со своего места. Стул неприятно проехался по кафелю и создал звук от которого поморщились все.

— Ты так выглядишь будто приведение увидела, — сказал Лоренцо подошел ко мне и присел на стул рядом.

Мама поставила ещё одну чашку и налила ему чай, а я подала ему свой нетронутый кусок пирога. Я так им объелась, что не хочу больше его видеть. Лоренцо поблагодарил маму, но так и не притронулся к еде. Я наблюдала каким печальным был его взгляд, когда он смотрел на пирог, и невольно тоже взгрустнула. О чем он думал? Мне казалось, ему нравился мамина выпечка. В последний раз когда они были здесь с Инес, его было за уши не оттянуть.

— Ты в порядке? — я положила свою руку ему на плечо и немного сжала.

Лоренцо посмотрел на меня, а потом переместил свой взгляд на мой испачканы лонгслив. Мои щеки покраснели, на что Лоренцо мягко улыбнулся мне.

— Это всего лишь пятнышко, с кем не бывает? — Он прав.

Ерунда. Хоть от неё становиться немного некомфортно. Вот такая я заносчивая чистюля. Черт бы побрал эту черту характера.

— Мы поговорили с Лоренцо и приняли достаточно важное решение относительно вас. — Мама сделала на последнем слове акцент, имея ввиду его, меня и ребенка. — Я даю согласие на свадьбу.

От неожиданности я подавилась собственной слюной и снова встала со стула, теперь более аккуратней. Я подошла к маме и крепко обняла, пытаясь сдержать радостный писк. Она согласилась! Я выйду замуж! Господи. Боже!

Только стоп. Мы не обсуждали это с Лоренцо. Я понятие не имею сдержит ли он свое слово или нет. И когда он собрался на мне жениться? Поползут слухи, что это только из-за беременности, и прощай репутация, которая и так весит на волоске, желая обломаться в любой момент.

Лоренцо подошел сзади меня, касаясь моей поясницы. По телу прошла волна мурашек, казалось, что температура резко возросла. Мужчина указал взглядом на моё лицо, оно покраснело. Но я лишь ссылалась на духовку, которая вечно открывается и закрывается. А про открытое окно я как-то не подумала. Лоренцо усмехнулся, сделал вид, что поверил. Он обнял мою маму, и она что-то шептала ему на ухо. Я хотела подойти ближе, чтобы подслушать, но она засекла, что возле них появилась лишняя пара ушей и отстранилась.

***

День проходил непринуждённо, хоть небольшая напряженность не переставала летать возле нас с Лоренцо. Он задавал вопросы требующие односложного ответа, а когда поговорить хотелось мне, тут же сливался. Целый, мать его, день я гадала, что произошло, но потом, спустя пару часов поняла, я так и не извинилась за свои слова. Вот же дура. Опять.

Лоренцо перешагнул свою гордость, явился на порог дома моей матери и попросил разрешение на брак, пока я забыла, что обидела его...Нет, ну пора переставать быть такой идиоткой.

Мама постелила Лоренцо в комнате для гостей. Она находилась на первом этаже, почти рядом с выходом на задний дворик.

Поздно вечером, убедившись, что мама и Розетта видят сладкие сны, я потихоньку спустилась вниз, на первый этаж и чуть приоткрыла дверь Лоренцо. Он лежал на спине, его глаза были закрыты.

Постараясь дышать, как можно тише, я подошла поближе к нему и хотела коснуться плеча, чтобы разбудить, как только его рука быстро схватила мою, и он повалил меня на кровать. Лоренцо зажал мой рот своей ладонью и хмуро посмотрел на меня. Увидев, что это не очередной наемный убийца, он отпустил меня и перекатился на бог.

— Какого черта!? — Выпалила я. Я чуть спину себе не отбила. Не стоило мне приходить.

— Твоя мама запретила тебе ругаться, — как ни в чем не бывало сказал Лоренцо и включил настольную лампу.

Комнату наполнил мягки свет. Я чуть пожурила глаза от неожиданности, но потом привыкла.

— Ты придушить меня хотел?

— Я не знал, что это ты, — ответил он и хмуро посмотрел на меня.

Лоренцо не простил меня...Он лишь сделал то, что должен был. Попросил разрешение на брак. Дело дрянь.

Встав с его кровати я поправила свою черную футболку, которая была на несколько размеров больше моего. В ней мой живот казался меньше, а в ночном полумраке будто его и совсем нет. Парадокс.

— Зачем ты пришла?

— А зачем приехал ты?

Вопрос на вопрос. Это было умно, и судя по взгляду Лоренцо, он оценил это.

Встав с кровати, он подошел почти впритык ко мне и наклонился так, что я могла ощущать его дыхание у себя над ухом. На секунду я закрыла глаза и была готова поддаться вперед, чтобы поцеловать его. Но вовремя очнулась и уже трезвым взглядом посмотрела на мужчину. Лоренцо не отрывался от моих глаз, будто хотел прочитать мои мысли, но никак не получалось этого сделать.

Я отошла на пару шагов назад, чтобы прервать интимную обстановку и взглянула на него.

— Я повела себя как сволочь, мне очень стыдно, — взяв себя в руки, сказала я.

Глаза Лоренцо слегка заблестели. Он ухмыльнулся мне и сложил руки на груди.

— До последнего я был против, чтобы приезжать сюда, — сказал он, смотря мне прямо в глаза. Моё сердце было готово упасть от его слов, и разбиться на миллион осколков, — но... иногда, в нашей жизни происходят обстоятельства заставляющие менять исход событий, который должен произойти.

— Например? — Лоренцо сделал огромный шаг и оказался около меня.

Он завел прядь моих волос за ухо и молчал.

— Это неважно. Я может и зол и точно не знаю, когда отойду, и это меня пугает, — откровенно сказал он.

— Тогда, как мне понять, как ты относишься ко мне?

Я продолжала наблюдать, как Лоренцо смотрел на меня. Руками он поглаживал мой живот. Его огромная рука прикоснулась к месту, где пинался малыш. Вряд ли он бы сейчас смог прочувствовать его шевеление, но по его взгляду я поняла, как ошибалась. Мне хотелось вставить свой комментарий, что ему как медом намазано, но тут, очень быстро, все внимание Лоренцо переместилось на мои губы. Он гладил своим большим пальцем мою губу, а затем поцеловал. Из меня вышел манящий стон, в ответ Лоренцо сделал тоже самое. Он подхватил меня на руки, мне было не очень удобно находиться в таком положении, увидев мой дискомфорт Лоренцо поставил меня на ноги, а затем уложил на кровать и оказался сверху, он блуждал руками по моему телу, доставляя мне намного больше приятных ощущений, чем он мог думать, при этом не сводя свое внимание с моих губ. Я чувствовала, как гнев сменялся на милость. Лоренцо начал еле заметно покусывать мою нижнюю губу, заставляя стонать громче. Мой живот приятно стянуло в узел, я была в предвкушении, пока губы мужчины начали уделять внимание другим частям моего тела.

— Иисусе, — прошептал Лоренцо прямо мне в голую грудь.

Она действительно сильно выросла, за последние несколько недель мне пришлось отказаться от бюстгальтеров и сделать выбор в пользу обычный топов, или как сегодня, не надевать ничего.

Лоренцо снял с меня и себя футболку, когда укладывал меня на кровать. И я видела как его глаза наполнялись страстью. Ещё чуть-чуть у него сорвет крышу.

— Они стали еще больше. — Сказал Лоренцо, сжав одну из грудей, заставляя меня закрыть себе рот ладошкой. — Нет, малышка, я хочу слышать тебя, — он завел две мои руку над моей головой, пока свободная ублажала мою грудь.

Лоренцо нежно сжимал мою грудь и посасывал сосок. Я бы отдала все, лишь бы лежать здесь и наслаждаться оральными ласками от этого мужчины. Мне было малое его, всего мало.

Немного приоткрыв глаза, я вспомнила где нахожусь и признаюсь, это заставило меня немного расстроиться, но не так, чтобы все прервать.

— Мама и Розетта...они...они...наверху, — как можно тише пыталась сказать я, но не могла.

Если мы прямо сейчас не прекратим, весь дом соберется в этой комнате, чего нам категорически не надо. Я представила их выражение лица, каким рассерженным или смущенным оно было бы, и это заставило меня выпустить смешок, правда Лоренцо не заметил этого, что было хорошо.

— Хочешь сыграть в игру? — Лоренцо втянул мой сосок и безжалостно начал играть с ним своим языком.

Моя спина предательски выгнулась от удовольствия, и я громко застонала.

— Игра «Задуши Лоренцо»? — послышался его смешок.

— Нет. Игра «Не шуми»

— Это невозможно. Сразу говорю, что уже проиграла.

— Тогда весь Турин услышит, как я трахаю тебя.

— Я не против.

На лице Лоренцо появилась дьявольская ухмылка. Он чуть наклонился и его губы захватили мои, а язык сплелся с моим в страстном танце. Чуть прикусив его нижнюю губу, тем самым получая сладостный стон любимого мужчины.

— Черт, детка, я хочу поскорей оказаться в тебе.

Его поцелуи сводили меня с ума. Честно сказать, я тоже хочу поскорей почувствовать его внутри себя, глубоко внутри.

— Не сдерживайся, а то я думаю твой малыш уже заждался, — в шутку назвав его член малышом, я получила шлепок по бедру. Не сдержавшись и громко ахнув от неожиданности.

— Это у кого еще малыш? — С возмущением спросил мужчина. — Я заставлю взять тебя свои слова обратно, малышка. — сказала Лоренцо и постава меня на четвереньки, при этом стянув с меня леггинссы и трусики.

Он запулил свою руку мне вежду ног, находя меня уже полностью готовой для его «малыша».

— Лоренцо, пожалуйста, войди меня. Я больше не могу.

Низко застонав, Лоренцо стянул с себя пижамные штаны, но вдруг резко остановился.

— Какого черта? — Лоренцо был готов войти в меня, как послышался скрип половицы.

Я как можно быстрее отодвинулась на конец кровати, а потом и вовсе на пол, пытаясь в кромешной темноте найти свою одежду. Как за десять минут её можно было потерять?

Лоренцо, абсолютно голый, продолжал беззвучно наблюдать за дверью прислушиваясь к шагам в коридоре.

— Так и планируешь сидеть со стояком, пока сюда не зашла моя мама или Розетта?

— Я не стесняюсь своего члена, если ты об этом, — он медленно встал с кровати и начал натягивать штаны, продолжая сверлить дверь глазами.

— Ты отвратителен, — сказала я шепотом.

— Минуту назад ты так не говорила, а что-то типо: «Лоренцо, пожалуйста, войди в...», — он не успел закончить, как я подошла к нему и закрыла его рот ладонью, не давая произнести последнее слово.

Нас могут услышать.

Кто-то остановился возле двери в комнату, и Лоренцо быстро прижал меня к стене. Теперь рот прикрыл он мне, чтобы я не начала задавать глупые вопросы. Его твердый член так и продолжал упираться ему в штаны и, чтобы проучить Лоренцо, я тихонько обхватила его и начала поглаживать.

Лоренцо бросил на меня взгляд полный страсти и наслаждения, каким бы собранным он не был, ему явно было по душе, то что я делала.

Дверь в комнату приоткрылась, по тяжелому дыханию я поняла, что это Розетта. Славу богу, она не стала заглядывать за дверь, иначе увидела бы нас. И так же быстро закрыла её. Наверное, подумала, что ей показалось.

— Вот, же, черт, — прошептал Лоренцо мне на ухо.

— Тебе не нравится? — я сжала член сильней.

Мне нравилось, как корчилось лицо Лоренцо от удовольствия.

— Жду не дождусь, когда мы приедем обратно в Рим, — Лоренцо провел языком мокрую дорожку от моих полыхающих губ к ямке между шеей и плечом.

— Почему же?

— Не жди пощады, когда мы будем в спальне. — Он улыбнулся мне в шею, продолжая её целовать, но потом отстранился. — А теперь, беги в свою комнату, а то мама узнает и посадит на домашний арест.

Прежде чем уйти, я встала на колени, не прерывая зрительный контакт, и сквозь толстую ткань флисовых штанов поцеловала головку члена.

— Приятных снов. — сказала я, заполучая его стон.

— Уж приятным он точно будет, — хрипло сказал он, и его член чуть дернулся. Это не могло меня не развеселить.

Мне нравилось как его тело реагирует на мои ласки.