part 2

Дорога в клетку

Двое мужчин в чёрном поднялись на сцену быстрее, чем стихли последние перешёптывания в зале.

Ты не успела отшагнуть, даже не попыталась. Да и куда? Сцена кончалась обрывом в темноту, а за спиной был только аукционист, прячущий глаза и запихивающий бумаги в потрёпанный портфель. Ты стояла босая, сжав кулаки, пока двое не подошли вплотную. От них пахло дорогим табаком и холодом - запахом кондиционированного воздуха, как из морга.

- Идём, - сказал один из них. Не грубо, но и не по-человечески. Так говорят с багажом, который нужно доставить по адресу.

Ты не ответила. Просто шагнула вперёд, когда один из них взял тебя за локоть. Не сжал, не сделал больно - просто повёл. Как ведут куклу, выставленную в витрине.

Пол был ледяным. Коридор за сценой - узкий, тускло освещённый, с облупившейся краской на стенах. Пахло сыростью и ещё чем-то кислым, похожим на старый пот. Ты шла, глядя прямо перед собой, и старалась не думать. Думать было нельзя. Если начать - рухнешь прямо здесь, на грязный бетон, и уже не встанешь.

Задняя дверь. Ржавая, с облезлой табличкой «ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН». Один из мужчин толкнул её плечом, и в лицо ударил ночной воздух. Свежий. Почти вкусный. Ты сделала глубокий вдох - первый за последние полчаса - и тут же увидела машину.

Чёрный седан. Блестящий, длинный, приземистый. Тонированные стёкла - настоящая пропасть, а не стекло. Задняя дверца уже была открыта, будто тебя ждали.

Внутри пахло кожей и едва уловимым парфюмом. Чужим. Мужским. Дорогим. Ты села на гладкое сиденье, и пальцы тут же вцепились в край, потому что всё внутри кричало: ты не должна быть здесь, ты не принадлежишь этому миру, этим запахам, этим бесшумно закрывающимся дверцам.

Один из мужчин сел за руль, второй - рядом с тобой. Не сказал ни слова. Просто уставился в затемнённое окно, как будто везти купленную девушку было для него рутиной. Может, так и было.

Машина тронулась. Город поплыл за окном - мокрые огни, размытые витрины, пустые тротуары. Ты смотрела на всё это и не чувствовала вообще ничего. Только пустоту. Только цифру, выжженную в сознании: семнадцать.

Дом.

Вспомнился вдруг старый диван с вылезшими пружинами, на котором ты спала. Запах подгоревшей каши. Трещина в потолке, похожая на паука. И мамино лицо - усталое, но иногда почти ласковое. Почти.

«Родная, что ли?»

Ты зажмурилась и прикусила губу. Нет. Не сейчас. Не при них.