ГЛАВА 16
ГЛАВА 16
Москва, НИИ «Сфера», Лаборатория тестирования автономных систем
3 декабря 2075 года
08:46
Воздух в лаборатории был густым и тяжёлым, спёртая смесь озона от серверных блоков, сладковатого запаха перегретого пластика и едкой остроты паяльного флюса. Сквозь клубы белёсого пара, поднимавшегося от шипящих охлаждающих контуров, едва просматривались серые трубы в термоизоляции и густые пучки цветных кабелей, опутывавшие потолок стальной паутиной. Где-то в глубине помещения монотонно щёлкали реле, а сенсоры издавали негромкое, успокаивающее жужжание, словно цикады в электронных джунглях.
Света сидела на высоком табурете, поджав под себя босые ноги. Её пальцы порхали над сенсорной клавиатурой терминала, вызывая на полупрозрачном экране вспышки зелёного голографического кода. Отблески тусклых голограмм плясали на её лице, отражаясь в моноочках — единственной линзе с мягким янтарным свежением, прикрывавшей левый глаз. За последний месяц она привыкла к этому кибернетическому аксессуару, который стал не просто инструментом, а продолжением её собственного восприятия, фильтрующим информационный шум и выделяющим суть.
Под потолком, словно серебристая капля света, парил Кеша. Крошечный разведывательный дрон, чуть больше чайного блюдца, с округлым, исчерченным тонкими трещинами корпусом — немыми свидетельствами прошлых экспериментов и падений. По ребру корпуса пульсировала неоновая полоса, а микродвигатели урчали ровно и почти бесшумно, как дыхание спящего зверька.
— Кеша, приём, — тихо скомандовала Света, не отрывая взгляда от терминала.
Дрон вздрогнул, издал короткое «пиии», нырнул вниз и завис в полуметре от её лица, слегка покачиваясь на воздушной подушке. На линзе моноочка промелькнула строчка:
>> ДАННЫЕ: Зашумление 74%. ДИАГНОСТИКА: Плохо.
— Ну, хоть честно, — усмехнулась Света, с хрустом откусывая уголок плитки синтетического шоколада с орехами, зажатой в углу рта. — Придётся снова возиться с фильтрацией помех. А я сколько раз говорила тебе не летать по вентиляции без калибровки? Собрал все повороты бочками своими — вот тебе и помехи.
Кеша жалобно пискнул и покрутился вокруг своей оси, словно протестуя против самой возможности такого унижения.
Света потянулась, с хрустом потерла затекшую шею, и её пальцы вновь забегали по клавиатуре, внося поправки в алгоритм. На экране вспыхнуло окно отладки — бешеный поток цифр, похожий на биение цифрового сердца.
— А теперь, приём? — спросила она, откидывая прядку светлых волос со лба.