Глава 16

Лиза открыла глаза и долго не могла понять, где находится. Белый потолок, белые стены, тусклый свет из окна, за которым всё так же моросил дождь. Пахло лекарствами, хлоркой и ещё чем-то неуловимо больничным. Она попыталась пошевелиться и поняла, что руки и ноги не слушаются — тяжёлые, ватные, чужие.

— Очнулась? — раздалось откуда-то сбоку.

Она повернула голову. На стуле рядом с койкой сидела медсестра — молодая, усталая, с кружкой чая в руках.

— Где я? — спросила Лиза. Голос был хриплым, чужим.

— В больнице. Городская, реанимация. Вы тут вторые сутки.

Лиза попыталась вспомнить. Лес, болото, Дима... дальше провал.

— Дима? — спросила она. — Который меня привёз... он где?

— В коридоре сидит. Не уходит вторые сутки. Мы его гнали, а он не идёт. Говорит, пока не очнётесь — никуда.

Лиза закрыла глаза. В груди разлилось тепло — впервые за долгое время.

— Можно его позвать? — попросила она.

— Сейчас спрошу у врача.

Медсестра вышла. Лиза осталась одна, глядя в потолок. Мысли путались, но одна была яснее других: он здесь. Он рядом.

Дверь открылась, и вошёл Дима.

Он выглядел ужасно — небритый, с красными глазами, в той же мятой рубашке, в которой был в лесу, только теперь она высохла и измялась ещё сильнее. В руках он держал букет ромашек — самых простых, полевых, немного пожухлых.

— Лиса, — выдохнул он, увидев её открытые глаза. — Ты жива.

— Жива, — ответила она. — Благодаря тебе.

Он подошёл, сел на стул. Поставил ромашки на тумбочку, взял её руку в свои.

— Глупая, — сказал он тихо. — Зачем в лес полезла?

— Надо было, — ответила она. — Не могла там оставаться.

— Я знаю. Я всё видел. — Он сжал её пальцы. — Ты как? Что говорят врачи?

— Пока не знаю. Сказали, отогрели.

— Будешь жить, значит, — он улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось. — А то я уж думал...

Он не договорил, отвернулся. Лиза увидела, как дрогнули его плечи.

— Дима, — позвала она. — Ты чего?

— Ничего, — он шмыгнул носом, вытер глаза рукавом. — Просто... когда ты там лежала, не дышала почти... я думал, всё. Думал, не прощу себе, если не успею.

— Ты успел.

— Успел, — кивнул он. — Спасибо, что живая.

Они помолчали. За окном шумел дождь. В палате было тихо, только аппарат тихо пищал где-то в углу.

— А Илья? — спросила Лиза.

Дима помрачнел.

— Был здесь. Вчера. Орал на всех, требовал, чтобы его пустили. Я ему сказал, чтобы шёл отсюда, пока я его не выкинул.

— Он ушёл?

— Ушёл. Но сказал, что вернётся.

Лиза посмотрела на свою руку. Кольцо всё ещё было на пальце. Тонкое, золотое, чужое.