Глава 19. Ночью глубокой в саду, опасаюсь: уснут все цветы, отгорят (II)
Спустя десять дней в пути и в отдыхе, они добрались до Цзяодунского полуострова. Он находился у моря и был непохож на засушливый Сиань, но было очень холодно. Приблизившись к уезду Чжучэн, небо окрасилось в сумерки. Дорога покрылась тонким слоем льда, даже на ветвях и листьях появились крошечные льдинки. Южнее смутно слышался рев волн, ударяющихся о скалы, черных, как смоль — словно на ужасной бойне. Снежные вершины вдали, в прочем, были отчетливо видны и покрыты мертвенно-бледным холодным свечением.
Ли Шии со спутниками прибыли поздно и замерзли. Пронизывающий холодный ветер дул прямо в шею, по дороге не встречалось других путников, да и магазинчиков было немного. С трудом заприметив неподалеку ярко освещенную небольшую гостиницу, они поспешили занести туда свои вещи. Внутри оказалось не так много людей, но свет был таким ярким, что казалось, будто внутри день. Он освещал ухоженную мебель, которая выглядела из-за него еще более опрятной.
Чжучэн был не особенно оживленным, а эта гостиница была совсем маленькой и похожа на гостевой дом. Это было трехэтажное кирпичное строение старинной планировки — на первом этаже располагался трактир, а на втором и третьем — гостевые комнаты. Фасад был покрыт черным лаком, на вывеске красовались четыре иероглифа: "Пейте вино, оставайтесь на ночлег", а на вымпеле с зеленым фоном один иероглиф: "Тан".
Ту Лаояо, тяжело дыша, отбросил сверток на стол. На улице было так холодно, что сдавило трахею. Он потер красный кончик носа и позвал, вытягивая шею:
— Тут есть кто-нибудь?
Лестница скрипнула, когда с нее спускалась девушка двадцати четырех лет в платье с вышивкой и волосами, заплетенными в косы, однако выглядела она весьма скромно. В одной руке она держала керосиновую лампу, а другой прикрывала пламя. Завидев их на углу лестницы, она оцепенела, явно не ожидая гостей в такое время. Спустя некоторое время она улыбнулась и вымолвила:
— Пришли.
Она положила лампу на прилавок, разложила на столик тарелки с тыквенными семечками и плодами боярышника, вытерла влажные от умывания руки о подол платья и подошла к посетителям.
Девушки не были разборчивы в еде, поэтому Ту Лаояо наспех заказал несколько местных закусок: ломтики горчицы и редиса в специях, благоухающая запеченная курятина и свиная поджарка, а затем большие лепешки, посыпанные кунжутом и чайник освежающего зеленого чая. Когда все блюда были готовы, дух и вкусовые ощущения оживились, прогоняя мороз с кончиков пальцев.