Глава 50. Отравитель
Мужчина шел по дому широко и стремительно — как и всегда, редкие слуги, оказавшиеся в господской части, поспешно уступали ему путь, и кланялись вслед. Неосознанно сжимал и разжимал правую ладонь, бередя незатянувшиеся порезы, и хмурился, думая о предстоящих делах.
Он нашел Мамору во дворе перед главным домом — тот отдавал последние указания самурайским патрулям, которым предстояло встретить Асакура и проводить их к поместью.
— Дженни и Сохи вместе с Рю-самой уедут на какое-то время из поместья, – сказал ему Тэхен. — Их будет сопровождать Масато. Пока все заняты подготовкой к встрече Асакура, я хочу, чтобы ты обыскал все минка: и слуг, и самураев. И все поместье, все комнаты, включая мою. Ищи засушенные травы и ягоды, мешки с ними, горшки, готовые отвары — любые, кроме тех, что относятся к лекарственным. И начни с комнат своей жены и сестры, – пристально и жестко посмотрел на него, и Мамору показалось, что под ногами зашаталась земля.
Он покачнулся и даже шагнул назад, чтобы сохранить равновесие.
— Тэхен-сама... – он заговорил и замолчал, услышав, как дрогнул голос. Прикрыл на секунду глаза, сделал глубокий вдох и склонил голову. — Да, Тэхен-сама.
Минамото отпустил его резким кивком и проводил взглядом. Со спины Мамору стал разом похож на старика, хотя шел с расправленными плечами, не горбясь. Тэхен знал: если то, чем травили его жену, найдется в комнате Ханны или сестры, то лишится своего вернейшего самурая. Мамору не будет с этим жить.
Когда за рикшей, увозившей его семью, закрылись ворота, подумал, что поместье опустело. Необъяснимая, неразумная мысль посетила. Ведь сейчас в поместье находилось самураев вдвое больше обычного — в преддверии визита Асакура он приказал стянуть воинов из ближайших расположений. И слуги вносили свою лепту в суету, заполняя дорожки в саду и комнаты в доме своими шагами, приготовлениями, негромкими голосами.
Но его жена и дочь уехали, понял, что остался один.
Тэхен ушел к месту, где упражнялись обычно самураи, и сперва долго, медленно и вдумчиво подтачивал свою катану — это занятие всегда успокаивало его и помогало сосредоточиться, облечь мысли в плавную, тягучую форму, и позволить им скользить единым потоком на задворках сознания. А после вел бой с невидимым противником, раз за разом рассекая катаной воздух. Там его и нашел Мамору спустя пару часов, когда солнце перешло полуденную черту.