Глава 7: «Молчание не всегда золото»
Выстрел, еще один, еще...
- Отставить! - крикнул Клаус. - Патроны заканчиваются.
Прилипалы все наступали. Шон предположил, что, скорее всего, под водой расположено гнездо, так как ползли по скале маленькие особи, подростки. В отличие от взрослых, они не обладали ни скоростью, ни сообразительностью. Одни останавливались на полпути или уходили обратно под воду, другие отвлекались на моллюсков.
- Оставим как есть? - спросил Юрген. - Может, в лесу укроемся?
- Лучше не стоит выходить, можем спровоцировать, - сказал Пейн. - Осенью, перед спячкой, они особо агрессивные, даже потомство. Их количество меня пугает.
Кинг махнул рукой.
- Ладно, давайте тогда в пещеру.
Все трое скрылись в тоннеле, пока звуки снаружи не стихли. Вокруг царила тьма, они включили фонари. Шаги отзывались гулким эхом, подошвы сапог похрустывали при ходьбе. В углах затаились «лотосы», их силуэты то и дело мелькали в щелях и между сталагмитами. Вскоре впереди послышались неразборчивые звуки: то ли удары, то ли постукивания. Затем раздался крик. «Мы не одни», - понял Джеральд.
- Стой, стой! - кричал какой-то юноша, судя по голосу.
Кинг рванулся к нему.
- Джозеф, - прошептал он.
Пейн и Юрген ринулись за ним.
- Ты нас выдашь, - сказал Шон.
Но Клаус только ускорил шаг. Тоннель плавно вел наверх. Крики быстро стихли, но кладоискатели не останавливались. Вдруг Кинг замер, Шон и Джеральд едва не врезались в него. Юрген выглянул через плечо и почувствовал, как кровь отходит от лица, а к горлу подступает тошнота.
Напротив них сидел на коленях полностью трансформировавшийся «проклятый». Вокруг валялись разодранные в клочья «лотосы», со стен капала их черная кровь, а возле сталагмитов валялась такого же цвета плоть. Но «проклятый» даже не обращал на них внимание, он бил головой об землю того, кого Клаус назвал Джозефом. Юноша, худощавый и невысокий, едва пребывал в сознании, его веки подрагивали. Под ним растекалась лужа крови.
Внезапно Джеральда озарило, он бросился к «проклятому».
- Оливер!
- Назад! - заорал Шон и поднял ружье. - Я стреляю.
- Даже не вздумай! - вставил Кинг и бросился следом.
Они оттащили Тейлора. Джозеф стукнулся головой об пол и обмяк. Оливер брыкался и рычал.
- Отставить! - кричал ему в ухо Юрген. - Это я, дядя... Да успокойся же! Все хорошо, все...
Тейлор вырвался, схватил Джеральда за голову и стукнул об стену. На мгновение Юргену показалось, будто лопнула барабанная перепонка или разорвало ухо; кровь струилась по щеке и капала на одежду. Раздался выстрел, Оливер отпустил Джеральда. В глазах искрилось, Юрген рухнул на пол; сил хватило только на то, чтобы поднять голову, а руки и ноги тряслись. «Пришиб, как муху», - подумал он. Тейлор бросился на Шона, который как раз-таки и выстрелил в него. Одним взмахом когтей он выбил ружье и проткнул плечо. Пейн вскрикнул, Оливер прижал его к земле, а затем пнул в грудь. Крик мгновенно стих.
Джеральд огляделся. А где Клаус и его пасынок? «Неужели бежать вздумал, без нас?» Все же Кинг вернулся, только без Джозефа. Он бросился на Тейлора и ударил по голове прикладом. Оливер пошатнулся, и Клаус выстрелил, попал в ногу. Тейлору оторвало два когтя, он потерял равновесие. Кинг прицелился в голову.
- Стой, - прошептал Юрген, - не...
Внезапно Оливер вцепился в ногу Клаусу, прокусил насквозь колено. Кинг рухнул на землю, оборонив ружье. Это последнее, что увидел Джеральд перед тем, как потерять сознание.
***
Холодная, твердая земля оказалась жуткой неудобной, от нее болела голова. Хочется поднять ее, но тяжело, словно свинцом облили. К тому же, раны на шее обжигали. Пахло кровью. Рука нащупала нечто склизкое и очень мягкое на ощупь. «Если есть мясо монстров в малом количестве, ничего не будет», - подумал Джозеф и, не открывая глаз, проглотил его целиком. Он зажмурился - и открыл глаза. Темно. В слабом лунном свете, что пробирался сквозь щели, едва заметны силуэты. Остин прищурился. Трупы. Повсюду трупы. Джозеф приподнялся на локтях и заметил возле себя ружье. Настоящее охотничье ружье. В углу лежало еще одно. Здесь были преподаватели? Вполне возможно, они могли проснуться посреди ночи, не обнаружить студентов и отправиться на их поиски. Тогда неужели они тоже попали под горячую руку Оливера? Остин поморщился. Перед глазами всплыл образ Тейлора, трясущегося, словно наркоман, и всего в крови. Сначала по его лицу пошел некроз, кожа слазила с него, будто по ней прошлись ножом. Затем он трансформировался и закричал. Много кричал. Остин попятился. Может, в этом и заключалась его ошибка - показывать свой страх? Тейлор напал на него и отшвырнул к стене. Джозеф ударился головой о сталагмит и после этого ничего не помнил.
Мясо подействовало, боль прошла. Джозеф пошарил в карманах, но не обнаружил второго фонаря. Оставалась только помятая коробка спичек. Он чиркнул одну и огляделся. Все ясно, куча мертвых «лотосов» и кровь, рядом лежат ружья. Вот справа еще одно. Тогда почему их три, если преподавателей двое? Остин решил пока не думать. По тоннелю вела кровавая дорожка, в слабом свете спички она все еще блестела.
«Как в фильмах ужасов», - подумал Джозеф и направился по ней следом.
Вскоре донесся шорох и трение, будто перетаскивали нечто тяжелое. Спичка погасла, Джозеф чиркнул еще. Шаг. Еще один. Звуки становились все громче, а дорожка не заканчивалась. Остин добрался до развилки, следы крови вели по тоннелю, что вел в лабораторию Левински. Ноги подкосились, сердце забилось еще сильнее, а спичка снова погасла.
«Блять... Я боюсь? Боюсь. Чертовски боюсь. Не бойся. Кого мне бояться? Оливера? Да ну его к черту!»
Джозеф снова зажег свечу. Чем дальше, тем отчетливее звуки. Теперь он мог расслышать рычание. На мгновение всплыли мысли о волках и медведях, хотя маловероятно, что они здесь.
«Кого я боюсь? Тейлора? Его-то!»
Перед глазами снова всплыл образ дрожащего Оливера с некрозом на лице. Изо рта пена, глаза налиты кровью, как у наркомана во время «ломки».
Спичка снова догорела. Еще одну зажечь? А вдруг увидит? Лучше застать его врасплох. Но стоит ли нападать?
«Силы есть, да и куда деваться?»
Джозеф зажег новую спичку, но пальцы дрожали. Другой рукой он опирался на стену. Шаги давались с трудом, он боялся упасть. Пройдя пару метров, Остин услышал запах крови. Он почувствовал, как ладони покрываются холодным потом.
Неожиданно наступила тишина.
Все замерло: ни шипения, ни шороха. Оливер его заметил? Скрылся?
Крови стало больше, в углу Джозеф увидел тело мужчины. Лицо незнакомое, дышит. Рядом лежал спиной еще один мужчина. Остин обернул его на себя и...
- Какого... Черт! - вырвалось у него.
Это оказался Клаус Кинг. Джозеф пощупал пульс. Жив. Нет никаких сомнений, перед ним лежал отчим, в крови и без сознания. В голове крутились вопросы: что он здесь забыл? Кто рядом с ним лежит?
Внезапно острая боль пронзила грудь Джозефа: когти пронзили грудную клетку насквозь, продырявив легкое. Во рту появился привкус крови, дыхание перехватило. Остин попробовал отхаркнуть кровь, но смог только откашляться. Спичка выпала из рук и потухла.
Дальше Джозеф действовал вслепую. Он трансформировался, все тело удлинилось, в том числе и шея; она свободно извивалась. Он вцепился в глотку Оливера. Раздался хруст, кровь потекла по клыкам. Тейлор захрипел, освободил когти. Джозеф развернулся. «Проклятые» могли видеть в темноте, но очень слабо, - и то прилагая некоторые усилия. Он видел, как Оливер ринулся к тупику. Остин пнул его в спину, тот потерял равновесие. Из щелей послышался недовольный скулеж «лотосов». У Джозефа возникла одна идея. Он схватил Тейлора за плечи и поволок к щели, где как раз прятались монстры. Оливер барахтался и рычал, пытался проткнуть ноги. Один раз даже задел живот. Руки затряслись, Джозефа знобило. Из щели показались «лотосы», слегка вытянув щупальца и обнажив тысячи мелких клыков. Они впились в Оливера, и он быстро перестал брыкаться. Остин оттащил его от «лотосов», те быстро стихли.
***
- Что ты здесь делал, Клаус?
Этот вопрос Джозеф задал полчаса спустя. К тому моменту он не просто успел восстановиться, но и найти выход из пещеры. Один из тоннелей вел к морю с пляжем. Дождь к тому моменту закончился, луна светила ярко, волны поутихли. Остин не без труда перетащил всех на свет и осмотрел. Раны у Клауса и двоих незнакомцев оказались не смертельными. На пляже Остин обнаружил лагерь с машиной отчима, там он нашел аптечку и обработал раны. Он также заметил мешки с золотом, но решил пока их не трогать. Тейлора же Джозеф накормил молодым «лотосом». Оливер снова стал прежним, но не приходил в себя. Возможно, это и к лучшему.
«Может, подохнет, легче всем станет».
Едва Остин уселся на край скалы, чтобы перевести дух, как тут очнулся Клаус, а следом за ним - его напарники. Вот тогда-то и пошли вопросы, один за другим. Что делали? Кто эти двое, Клаус? Зачем? Почему? Неужели вы знаете Оливера?
- Я уж молчу про то, как вы извратили контекст, - продолжал Джозеф. - Неужели вы все... и ты ...
Немного бледный, Кинг положил руку на плечо Остина.
- Спасибо, что спас нас, сынок. Ты имеешь право знать правду.
- Клаус, - окликнул его напарник, по имени Джеральд Юрген. - Ты совсем из ума вы...
- Заткнись. Короче, Джозеф, ты все правильно понял, чем мы занимаемся. Точнее, эти двое, я иногда выезжаю, как... хобби. Знаю, да, это трудно объяснить, хотя у меня хорошая работа. Но иногда помогаю, да. Мы продаем все коллекционерам или относим в ломбард, а выручку делим по договоренности.
Повисло молчание. Остин встряхнул головой.
- Стоп. Вот ты меня спрашивал, насчет экспедиций...
- Джо, я тебя люблю и интересуюсь твоей жизнью не из корысти, мне реально интересно и важно знать о тебе. Хочешь - не верь, но...
- Иногда твою информацию он передает нам, лишней не бывает, - пробормотал Юрген.
Кинг испепелил его взглядом. Остин не шелохнулся. Внутри у него все сжалось, он чувствовал себя жертвой глупого развода.
«Очень нестабильный человек, - как-то раз сказала про Клауса Анжелика. - Он то есть, то его нет. Вечно ищет новый заработок. Не удивлюсь, если браконьер. Потом либо сопьется, либо в тюрьму загремит».
Джозеф открыл рот - и тут же сорвался на крик:
- Идиот, у тебя же есть деньги! Ты... ты занимаешься преступной деятельностью со скуки? Как хобби? - он выдохнул. - Если ты попадешь в тюрьму, я тогда не знаю.
- Что ты загнул - тюрьма, тюрьма? - вставил Джеральд. - Какая, нахуй, тюрьма? Ты чего, пацан, сдашь нас, своего любимого отчима? Да мне Кинг все уши про тебя разжужжал. И думаешь, будешь мораль читать - он станет пай-мальчиком, никуда не поедет? Нет, можешь, конечно, нас сдать, если легче станет. А толку-то?
Повисло молчание. Остин сжал кулаки и вопросительно посмотрел на отчима. «Молчание не всегда золото, - как-то раз сказала бабка. - За молчание иногда мы дорого платим. У меня была сестра, покойная уже, и она в тюрьму загремела. А за что? Ее муж держал в подвале тело соседской девчушки, которую зарезал по пьяни. А она знала, боялась, молчала. За соучастие посадили».
Соучастие...
«Молчание не всегда золото».
- Мальчик, послушай. Ты не сядешь, - вмешался еще один мужчина, Шон Пейн. - Просто ничего никому не говори, живи своей жизнью. Клаус никуда не денется, общайтесь как обычно. В чем проблема?
- Оливер, - пробормотал Джозеф. - Я этот случай не могу так просто оставить.
Пейн странно покосился на Джеральда и сказал:
- Ты прав, малец, такое оставлять без внимания нельзя. Но просто скажи, что он только на тебя напал. Отчасти правда.
Остин вздохнул и поднял голову.
- Ладно, - сказал он холодно, - я в лагерь.
Клаус вскочил.
- Погоди.
- Тебе чего? Я устал и хочу есть.
- Я знаю, я просто... Спасибо еще раз, за спасение. Правда, спасибо. Извини за неудобства.
Джеральд и Шон кивнули. Джозеф отвернулся.
- Чтобы к утру вас здесь не было.
С этими словами Остин потащил Оливера в сторону лагеря.