6. Броакан
Я знаю, как люди по-разному обходятся с тем, чего не могут принять. Одни, как Рейн, предпочитают совсем забыть это. Другие — как Эсме, смотрят только на одну половину целого, тщательно игнорируя другую, неприглядную. Сама я, по словам моего опекуна, отказывалась принимать реальность, цепляясь за призрачную надежду вернуться в профессию.
— А ещё ты хочешь исправить вред, причиненный тебе, спасая других, — Эсме поставила видео, которое смотрела, на паузу. Вернувшись домой после смены, я застала её за её любимым занятием: просмотром ретроспективных фильмов о Раване.
— Может быть. Но я всё равно поеду завтра в Броакан, осмотрюсь по сторонам.
— Что ты там хочешь найти? — её брови встретились на переносице. — Знаешь, эта психзащита называется...
Я театрально приложила палец к губам.
— Ни слова больше! Главное, что ты защищаешь меня от самой себя.
Благодаря "спецэффектам" я хорошо видела, что ею движет, и уже не делала ставки на понимание. Эсме улыбнулась — этого я и добивалась.
— И ты потратишь целый выходной на вылазку в Центр Контроля Зеркал?
Всяко лучше, чем коротать его за просмотром видео в стиле "Сто Великих Художников, Которых Мы Потеряли", подумала я, но смолчала. Не то чтобы я не любила таких ретроспектив. Просто считала неправильным говорить о прекрасном, замалчивая ужасное, и гордиться величием, не присваивая низость.
Эсме заглянула мне в глаза и сказала уже без улыбки:
— Обещай мне одну вещь. Обещай, что на следующей неделе пройдёшь диспансеризацию. Твоё состояние меня беспокоит, Лиад. Ты должна понимать.
Я вздохнула, но согласилась. Ежегодный осмотр для таких, как я, был обязательным, к тому же диспансер примыкал к живописному месту, которое я любила, — к Садам Никамба. Если так хочет Эсме, то почему бы и нет?
Утром следующего дня я отправилась на подземке в Броакан.
Центр Контроля Зеркал, как и, пожалуй, единственная наша достопримечательность — Музей Терраформирования, располагался на вершине броаканского плато, на отшибе от Когтя и его скально-купольного массива. Подземка выныривала из-под купола и неслась по каньону прямо под открытым небом, что само по себе делало путешествие невероятно волнующим, учитывая ветра. Хорошо, что стены каньона надёжно защищали поезд от его особо резких и жестоких порывов. Страшно подумать, что случилось бы, если бы весь этот воздушный поток обрушился на пассажирский состав.