Глава 8: Формальности

Возвращение на базу всегда пахло выхлопами и потом. Усталость в мышцах, пыль на одежде, и в голове — гул от адреналина, который не успел остыть.

Кейси шла по коридору, не оборачиваясь. Шаги Такеды были за спиной, слишком ровные, слишком выверенные. Ни слова с момента выхода из храма.

Двое солдат у дверей штаба отдали честь. Она кивнула, не замедляя шаг. Внутри — яркий свет, стол, документы, и генерал Блейд — как всегда в идеальной форме, с каменным лицом.

— Кейси. Такахаши. — Соня не смотрела на них как мать, только как командир. — Докладывайте.

Кейси сделала шаг вперёд.

— Объект зачищен. Противник устранён. Данные извлечены и переданы на сервер. Потерь нет. Миссия выполнена.

— Было сопротивление?

— Локальное. Неорганизованное.

Генерал перевела взгляд на Такеду. Он стоял прямо, руки за спиной.

— Такеда?

— Всё, как сказала Кейси. Мы сработались. — Его голос был ровным, спокойным. Почти слишком.

Молчание. Соня сузила глаза, как будто почуяла, что в этом спокойствии что-то не так.

— И как в целом прошла миссия? — медленно спросила она, цепляя взглядом то одного, то другую.

На секунду повисла тишина.

Кейси повернула голову в сторону Такеды. Он посмотрел на неё одновременно холодно и с вызовом. В этих взглядах был весь ад, через который они только что прошли. Они стояли в одном помещении, но чувствовали себя как в разных окопах.

Он не отвёл глаз. Она — тоже.

— По плану, — сказала она наконец. Голос сталью.

— Без отклонений, — добавил он, и в голосе у него прозвучала ирония, слишком тонкая, чтобы понять её снаружи, но слишком острая, чтобы не услышать друг другу.

Генерал кивнула, выдав ту самую «хорошо, можете идти».

Они вышли из штаба так же, как вошли — с интервалом в шаг, но в этой пустоте между ними кипел вулкан. Кейси чувствовала, как ей хочется обернуться и сказать что-то резкое. Что-то, что снова заболит. Но вместо этого она только сжала челюсть и пошла дальше.

— Знаешь, — пробормотал Такеда, чуть сзади, голосом, будто между прочим, — ты врёшь очень красиво. Почти как дышишь.

Она остановилась, повернулась на пол-оборота, и в глазах — огонь, как в первый выстрел.

— А ты мастер в том, чтобы изображать хладнокровие, когда внутри всё уже пепел.

Он лишь усмехнулся, чуть заметно. И пошёл дальше. Не дожидаясь ответа.

Она осталась стоять. Сердце билось не от пробежки. И не от страха.

От ярости. И от того, что он до сих пор знает, как попасть точно в цель.