Глава 6. Миша.
Ее волосы приятно пахли ягодами, а не лаком сильной фиксации, от которого можно задохнуться. Соня чуть наклонилась ко мне, и я смог разглядеть крохотные серьги-звездочки в ее ушах.
– В моей работе бывают рейсы, которые длятся в несколько раз дольше, Михаил, – спокойно ответила она, словно ее нисколько не заботило предупреждение в моем голосе.
Она смотрела на меня так же, как глядит няня на сорванца, словно не понимает, почему должна торчать здесь вместе со мной, тратить свое драгоценное время и нервные клетки на какого-то постороннего человека. Немного устало, немного безразлично. Ее явно не пугало то, как настойчиво я требовал повышенного внимания к своей персоне.
Я мельком глянул на Милу, интересующуюся, что такого я сказал стюардессе. В какой-то степени она смотрела на меня так же, как и Соня. Но если бы нянька в лице миловидной бортпроводницы скорее всего поставила меня в угол и лишила сладкого за плохое поведение, то Немилая Мила хорошенько бы отшлепала. Если вы понимаете, о чем я.
Прежде чем я успел что-то сказать, Соня выпрямилась и, молча, отправилась к себе на станцию.
– Дамы и господа, наш самолет готов к взлету. Просим вас убедиться, что... – голос старшего бортпроводника разнесся по салону.
Самолет набирал скорость, а где-то над головой раздался трехкратный звуковой сигнал.
Я вжался в кресло и закрыл глаза. Отчасти я действительно боялся летать. Да и кто не боится? Большая железная труба с крыльями по бокам летит на высоте десять тысяч метров со скоростью девятьсот километров в час. Действительно. Ничего необычного.
– Спокойно, Миша, я с тобой, – горячая ладонь соседки обхватила мое запястье, а пухлые губы коснулись уха, когда она шептала слова успокоения.
Если честно я был не против того, чтобы кто-то обо мне позаботился и успокоил нарастающую панику, но, открыв глаза, и повернув голову в сторону, я увидел, как пенсионерка через проход от меня держала в руках молитвенник, а ее губы в это время усиленно двигались. Почему-то именно эта картина показалась мне более убедительной. Хоть я и не был праведником, да и в церковь ходил редко, но в такие моменты, во что не хочешь – поверишь и начнешь молиться, только бы самолет благополучно долетел до места назначения.
– Расскажи мне о себе, – попросил я Милу, приклеившуюся к моей руке.