глава 9.

Две недели спустя Лос-Анджелес жил своей обычной жизнью. Солнце, пальмы, пробки на шоссе. И слухи. Куда же без слухов.

В «Мире» обсуждали моё возвращение в клуб. Пользователь @NightOwlLA писала: «Морнингстар снова в «Пандемониуме». Говорят, он привёз из доков чемодан с деньгами и теперь покупает остров в Тихом океане.»

Аккаунт @QueenoftheNight утверждал: «На самом деле он никуда не уезжал. Всё это время он прятался в подсобке своего же клуба и пил виски с барменом. Они там устроили тайный мужской клуб без женщин.»

Пользователь @LaughingLuna добавила: «А мне сказали, что детектив Хейзел теперь ходит в «Пандемониум» каждый вечер и проверяет, не нарушает ли Морнингстар условия подписки о невыезде. Сидит за столиком, пьёт тоник и строит глазки. Не, ну а что?»

Я усмехнулся и отложил телефон.

Хейзел действительно приходила. Но не каждый вечер. И не за тоником. Она садилась за дальний столик, заказывала кофе без сахара и делала вид, что читает отчёты на планшете. На самом деле она смотрела на меня. Я проверял.

В тот вечер в клубе было людно. Диджей играл что-то ритмичное, бармены разливали коктейли, девушки в коротких платьях танцевали у сцены. Я стоял у стойки, пил виски и наблюдал за залом.

Хейзел вошла без стука. В джинсах и чёрной футболке. Волосы распущены. Никакого планшета. Никаких отчётов.

— Ты сегодня не работаешь? — спросил я, когда она подошла к бару.

— У меня выходной.

— И ты решила провести его в моём клубе?

— Решила проверить, не женился ли ты на очередном голубе.

— Голуби — это прошлая неделя. Сейчас я встречаюсь с вороной. Она интеллектуальнее.

— Ты идиот, Морнингстар, — сказала Хейзел, но без злости.

Она села на высокий стул, положила локти на стойку. Мы молчали. Неловко. Как в тот раз на смотровой площадке. Только теперь вокруг были люди, музыка и свет.

— Хочешь кофе? — спросил я.

— Хочу.

Валери, моя барменша, поставила перед Хейзел чашку. Та взяла её в обе руки, как грелку, хотя в клубе было жарко.

— Ты сегодня какой-то другой, — сказала Хейзел, глядя на меня поверх чашки.

— Какой?

— Спокойнее. Меньше хамишь.

— Это плохо?

— Не знаю. Я привыкла, что ты меня раздражаешь.

— Хочешь, скажу что-нибудь гадкое?

— Не надо. Я сама, — она поставила чашку. — Морнингстар, у тебя рубашка расстёгнута на три пуговицы. Выглядит так, будто ты только что встал с кем-то с постели.

— Это мой фирменный стиль.

— Это выглядит дешёво.

— Тебя это раздражает?

— Бесит, — сказала она. И покраснела.