Тактика подгузников и суровый дон

Марио привык контролировать всё: поставки, верность капитанов, границы территорий. Но он оказался совершенно бессилен перед требованием Анны посетить «Курсы для будущих родителей».

​- Марио, это не обсуждается, - заявила Анна, поедая маринованный имбирь прямо из банки. - Там учат правильно дышать. А тебе полезно научиться дышать не только для того, чтобы прицелиться.

​В зале для занятий Марио выглядел как скала среди одуванчиков. Другие будущие папы - в мягких худи и с блокнотами - испуганно косились на мужчину в идеально скроенном черном костюме, за спиной которого у двери замер каменный Рикко.

​- Итак, папы, - Марта, инструктор, лучезарно улыбнулась. - Берем наших тренировочных малышей. Сейчас мы будем учиться пеленанию. Помните: движения должны быть нежными.

​Марио взял резинового пупса так, словно это была неразорвавшаяся граната. Он нахмурился, глядя на кусок пеленки.

- Здесь нет четких углов фиксации, - пробасил он, пытаясь завернуть «младенца». - Ткань слишком тонкая. Если произойдет резкое движение, объект выскользнет.

​- Марио, это ребенок, а не заложник, которого нужно обездвижить! - прошептала Анна, давясь от смеха.

​- Я просто обеспечиваю безопасность, - отрезал он, и в этот момент липучка на подгузнике с громким треском оторвалась под его пальцами.

​По залу пронесся коллективный вздох. Другие отцы синхронно втянули головы в плечи.

- Господин Марио... - Марта робко подошла ближе. - Чуть меньше... эм... агрессивного маркетинга? Просто представьте, что это самое хрупкое, что вы когда-либо держали.

​Марио замер. Он посмотрел на пупса, потом на живот Анны. Его лицо вдруг смягчилось. Он отложил пеленку и очень осторожно, одними кончиками пальцев, поправил шапочку на кукле.
- Я понял, - тихо сказал он.

​Весь остаток занятия он слушал Марту с такой концентрацией, с какой обычно слушал отчеты разведки. Домой он ехал молча, а вечером Анна застала его в детской: он тренировался пеленать медведя, которого купил для дочки.

​- У медведя голова больше, чем у младенца, - серьезно заметил он, не оборачиваясь. - Но я почти освоил захват.