Глава 33 часть 1.
Два месяца спустя.
Кровавая луна взошла над Айлендом, точно зияющая рваная рана на истлевшем полотне небосвода. Ветер бесновался, оглушая скалы воем тысячи голодных душ, и ледяной град с ожесточением хлестал по обсидиановым камням алтаря. Вспышки молний с треском разрывали низкие тучи, на мгновения заливая застывшие фигуры вампиров ярким светом.
Каин замер на самой кромке ритуального круга. Полы его тяжелого темного плаща яростно бились на ветру, но сам он казался изваянием из базальта. По правую руку от него, сжав челюсти, стояли Дерек и Алексис, по левую — Вейн и Окта. В их неподвижных позах сквозило ледяное напряжение, а в глазах, отражавших багровое зарево небес, горела та фатальная решимость, с которой идут на плаху. Они явились сюда не ради звона клинков. Они пришли поставить точку в истории, которая писалась кровью на протяжении веков.
В самом центре, у подножия древнего монолита, возвышался Ариман. Его свита полукругом отсекала путь к алтарю: Рита застыла с тонкой, ядовитой улыбкой, за ее плечом мощной тенью возвышался Маркус и остальные «верные псы», готовые по первому знаку вцепиться в глотки противника. Чуть поодаль, словно отделенные невидимой чертой, замерли представители Четырёх Домов. Димитрий, Элира и Анна стояли, не поднимая глаз от земли, их плечи были неестественно напряжены под грузом присяги. Лишь на мгновение Димитрий вскинул голову, поймав взгляд Каина — короткий, едва заметный кивок стал бессловесным манифестом их тайного уговора.
Селена находилась к Ариману ближе всех. Бледная, лишенная красок, она казалась призраком самой смерти; ее некогда живые глаза теперь походили на две пустые черные воронки, в которых не осталось места для чувств. Рядом с ней, едва удерживаясь на ногах, дрожала Клара. В ее остекленевшем взгляде не было даже слез — лишь выжженная пустыня. Она висла на руках стражей, безвольная и надломленная, словно марионетка с оборванными нитями.
Ариман медленно вскинул руки к пульсирующему небу. Ритуал Красной Луны входил в свою финальную стадию; сам воздух вокруг алтаря вибрировал от избытка сырой, темной мощи.
— Каин, — голос Аримана, раскатился над площадкой, легко перекрывая неистовство бури. — Ты всё же пришёл. Как трогательно.
Каин сделал тяжелый, размеренный шаг вперед, сминая сапогом ледяную крошку града. Ветер яростно трепал его плащ, но взгляд оставался неподвижным и острым, как бритва.