Глава 28. Ритуал: перед бурей
Комната, где очнулся Ши Цинсюань в теле Ветерок, была наполнена естественным светом. Солнечные лучи били в окно, говоря о том, что на улице уже во всю властвовал день. Голова гудела. Во рту пересохло, а желудок стягивало от голода. Но даже это не мотивировало девушку вылезти из-под одеяла и выйти из комнаты.
Кровать, на которой она лежала, была жесткой, одеяло – тонким, плотным и сохраняло тепло. В комнате также находился небольшой столик со стулом и шкафчик. Деревянные стены внутри не были ничем украшены, а на полу отсутствовали ковры. Комната Ветерок выглядела сдержанно, почти аскетично.
«Вкус с братом мы унаследовали явно не по мужской линии», – с долей иронии заметил Ши Цинсюань.
Ветерок же просто улыбнулась.
Девушка присела на кровати и осторожно приподняла одеяло. На ней было простое, чистое белое исподнее без излишних узоров. И в следующий же миг лицо Ветерок зарделось румянцем, а сердце сорвалось в галоп. Злость и смущение вступили в бой в ее груди, стоило только подумать о том, что этот незнакомый мужчина прикасался к ней. Смыл грязь с тела, переодел и уложил в эту постель.
Но чем дольше она об этом думала, тем быстрее злость отступала, оставляя в груди место лишь возмущению. Ветерок не чувствовала боли, не нашла новых синяков или ссадин, как это было после того, как она очнулась в плену работорговцев в грязном тряпье. Судя по всему, мужчина был осторожен, пока приводил ее в порядок. И все же почему он не дождался, пока она придет в себя? Недовольно сморщив носик, Ветерок прикусила нижнюю губу.
Неизвестно, сколько бы она ещё здесь просидела, если бы дверь ее комнаты не открылась. Ветерок уже собралась накинуться на мужчину с новыми проклятиями, но в проеме вместо него показалась старушка.
– Проснулась наконец-таки, – заговорила она, уверенно входя в комнату и закрывая за собой дверь. – Что смотришь на меня, словно загнанный кролик на охотника? Давай вставай. День уже в самом разгаре. Дел по дому много, так что няньчиться с тобой у меня нет времени.
Старушка продолжала бубнить себе под нос, словно бы не замечала недоумения на лице Ветерок. Только то и дело подгоняла, все-таки заставив вылезти из-под одеяла. Она помогла девушке облачиться в чужие длинные одежды, покрывшие все ее тело, что, к слову, было крайне неудобно. Бойкая Ветерок все это время молчала, отдавая дань уважения возрасту женщины, пусть и служившей похитителям.