Звонок.

Утро началось с тисков в животе. Георг вез нас в университет на своей бесшумной «Хонде», пальцы его так сильно сжимали руль, что костяшки побелели. Скарлетт, сидящая сзади, пыталась шутить над какой-то мемной страничкой, но её смех звучал натянуто. Я видела, как её глаза в зеркале заднего вида то и дело метались к Георгу, к его затылку, к его сведенным плечам.

— Ничего страшного, — сказала она мне, уже не в первый раз. — Одного чёрного внедорожника полгорода. Копы тут такие любят. Мы проверили — никаких подозрительных номеров в радиусе мили не засекли.

— Это не значит, что их не было, — мрачно процедил Георг, резко перестраиваясь. — Это значит, что они умнее, чем я рассчитывал.

— Ох, наш параноик опять в ударе, — вздохнула Скарлетт, но в её голосе не было злобы, скорее, усталая привычка. — Слушай, Рыцарь Печального Образа, если бы за нами действительно кто-то шпионил, они бы давно уже...

— Заткнись, Скарлетт, — отрезал Георг, и в машине повисла ледяная тишина.

Я видела, как она скривила губы, скрестила руки на груди и уставилась в окно. Между ними постоянно проскакивали эти искры — он с его гиперопекой и вечным ожиданием худшего, она с её попытками вернуть хоть каплю нормальности и легкомыслия. Они бились, как два противоположных полюса, и я была тем магнитом, который их удерживал вместе в этом напряжённом, неудобном поле.

Он высадил нас у главного корпуса. Перед тем как отпустить, он схватил меня за запястье — не больно, но так, чтобы я почувствовала всю силу его тревоги.

— Телефон чтоб был включен и проверь GPS. Никаких отклонений от маршрута. Никаких кафе сегодня. Я заберу вас в пять.

— Хорошо, — прошептала я.
Он кивнул, и его взгляд на секунду встретился со Скарлетт. В нём было что-то вроде «присматривай за ней». Она ответила едва заметным, раздражённым кивком.

Пара по анатомии проходила в полумраке амфитеатра. Профессор Клири показывал слайды со строением мозжечка, монотонно бубня о моторных функциях, а у меня перед глазами плясали тени от фонарей прошлой ночи и силуэт чёрного «Крайслера». Я безумно себя накручивала. Каждый скрип двери, каждый чужой взгляд, задержавшийся на мне дольше секунды, заставлял сердце колотиться как сумасшедшее.

И тут в моей сумке на полу тихо, но настойчиво завибрировал телефон. Я вздрогнула. Боже, Георг, ты как всегда вовремя со своей поверкой. Я наклонилась, достала его, и кровь отхлынула от лица. На экране горел незнакомый номер.